Книга От винта, господин дракон!, страница 85 – Елена Владимировна Добрынина

И когда я уже окончательно выдохнула и решила, что самое сложное позади, это коварное создание, претворяющееся моим наставником, выкинуло хитрый фортель — поднырнуло под меня, так, что я почти улеглась ему нас спину — и потащило за собой так быстро, да еще петляя и лавируя из стороны у сторону, что я не вынесла и завизжала, сама не понимая, от страха или восторга: «Эрх, перестань сейчас же! Ты с ума сошел?» Дракон тут же что-то довольно курлыкнул и исправился — сбавил скорость, прокатил меня еще немного — и осторожно ушел вниз, позволяя последнюю часть пути проделать самостоятельно и приземлиться на тот же уступ, с которого мы и стартовали.

Пока я слегка трясущимися руками освобождалась из страховочных пут, Экхарт обернулся и неспешным шагом подошел ко мне.

«Я выиграл» — «Я выиграла!» — сказали мы одновременно.

— Хм… ситуация, — заметил дракон лукаво. — Ты не струсила, но орала так, что у меня чуть не заложило уши.

— Последнее ты подстроил, — уличила я его, но Алирийский только пожал плечами. — Тогда каждый исполняет по одному желанию, — решила я, принимая его руку. Он помог мне подняться и пробежался быстрым взглядом, убеждаясь, что я в порядке, — Это будет честно.

— Хорошо, согласен, — его неожиданная покладистость лучше любых доводов убедила меня в том, что именно на подобный исход он и рассчитывал. — Тогда у меня есть к тебе одно поручение, Ли. Очень ответственное. Даже не знаю, справишься ли ты, — c некоторым сомнением протянул он. А в глазах его золотые искры только что в чехарду не играли.

Плавным, почти незаметным движением он достал что-то из кармана своего сюртука.

— Я хочу, чтобы они хранились у тебя, — на широкой ладони Экрарта, играя множеством бликов на строгих гранях, лежали камни в виде крупных тяжелых капель — светло-голубые, прозрачные до кристальности, так похожие по цвету на его глаза. Я смотрела на эту красоту не дыша и даже не сразу обратила внимание на то, что капли были собраны в единое украшение цепочкой из белого металла. — На память. Буду рад, если ты будешь их иногда надевать.

Я подняла глаза на его него — и у меня защемило сердце от нежности в в его взгляде и светлой ласковой печали.

«На память?»

Все камни и подарки на свете тут вылетели у меня из головы

— Мы же увидимся еще? — спросила тревожно.

Он ответил не сразу: зашел за спину, помогая застегнуть замочек украшения и легко, украдкой — будто не удержавшись — коснулся пальцами ставшей невероятно чувствительной кожи.

— В наших занятиях больше нет необходимости, Ли. Следующий шаг ты должна сделать сама, — его тихий глубокий голос обволакивал, а смысл сказанного терзал, обрывал что-то живое и теплое внутри. Я резко повернулась и прижалась к нему так, будто от этого зависела моя жизнь. Будто он был единственной моей опорой над глубокой черной пропастью. Он мягко, бережно, словно извиняясь, заключил меня в объятия, гладил по спине, по плечам, пропускал мои волосы через пальцы. А я так и стояла: кусая губу до крови и пытаясь понять, как же я буду жить без этих рук, глаз, без этого чувства защищенности и надежности, которое испытываю рядом с ним.

— Скажи, — спустя какое-то время произнесла шепотом, обвивая руками его шею и заглядывая в глаза, — может ли женщина с весьма средним уровнем устойчивости к вашему влиянию быть по-настоящему близка с драконом? Так, чтобы не произошло ничего необратимого?