Книга На той стороне, страница 71 – Елена Владимировна Добрынина

Перебирая свой незамысловатый скарб, Аня услышала, что ее зовет Порфирий. Она вошла в кабинет и застыла у входа. Концертмейстер копался в большой шкатулке на столе. Нервничая, он подошёл к Ане, прикрыл дверь и тихо сказал.

— Душа моя, я хотел оставить вам несколько указаний. Я очень надеюсь, что они не пригодятся, но всякое бывает. Поэтому, во-первых, вот ключ от квартиры на Рождественской. Во-вторых, здесь рекомендательное письмо за моей подписью и личной печатью, чтобы ни у кого не было сомнений, что вы — моя племянница и живете в квартире на законных основаниях. В-третьих, возьмите деньги.

С этими словами он подал кошель с толстенькой стопкой ассигнаций.

— На первое время должно хватить. Я надеюсь увидеть вас сегодня за вечерним чаепитием, но как известно, всегда нужно быть готовым к худшему.

— Вы полагаете, мы не сможем вернуться, Порфирий Георгиевич? — С волнением спросила Аня.

Ей вдруг стало страшно. Только сейчас она осознала, что они могут застрять в прошлом минимум на месяц, если не успеют в полнолуние.

— Не могу знать, Аннушка. Так мы никогда не рисковали. — Покачал головой концертмейстер.

— Понимаю. — Только и смогла ответить Аня.

Выходя из кабинета, она услышала в коридоре тихий разговор. Это были Ася и Иван.

— Ты скажешь ей? — Шептала Ася.

— Зачем это? Это не имеет к делу никакого отношения.

— Ох, Ваня. — Ася на секунду замолчала. — Возвращайся, молю тебя.

— Ну что ты? Ну. — Утешал ее парень.

Дальше разговор перешел в шёпот, и Аня ничего уже не слышала. Девушка намеренно замедлила шаг, чтобы дать этим двоим побыть наедине.

Санктъ-Петербургъ, Россійская Имперія, 1912 г. отъ Р.Х.

Отобедать в трактире вдвоем не вышло. Как только Гнездилов и граф Ильинский сошли с крыльца сыскного управления, как их перехватил посыльный и передал, что в Рождественской совершенно какое-то неприятное убийство.

Александр Сергеевич вздохнул, на секунду задумался и, пробормотав что-то из разряда «Как раз туда ехать собирался», отпустил курьера.

— Поедете со мной, Николай Павлович? — Предложил сыщик, взлетев на своего гнедого жеребца.

Николая передёрнуло.

— Пожалуй, откажусь. — Усмехнулся. Лучше обедать, чем смотреть на трупы. — До вечера, Александр Сергеевич, встретимся в театре.

На самом деле граф был несказанно рад ехать в трактир без надворного советника. Пусть придётся обедать одному, зато не придётся оправдываться и рассказывать Гнездилову о сцене в кабинете.

* * *

Санкт-Петербург, наши дни

Когда все было готово, они всем составом, как и в прошлый раз, стояли в передней особняка. Только экспозиция слегка изменилась. Аня в своём салопе, с саквояжем в одной руке и с сумочкой в другой, и Иван с двумя коробками застыли перед входом.

— Торопитесь, дорогие мои. Будьте осторожны и внимательны. — Напутствовал Порфирий Георгиевич. — Ждем вашего возвращения.

Они вошли в чулан и пристроились на пятачке в центре крохотной комнатки. Последнее, что успела увидеть Аня — зарёванные Аськины глаза. Вот тебе и девушка-хохотушка с розовыми волосами, вздохнула. Дверь закрылась и в чулане стало совсем темно.

Стоять на тесном пятачке с саквояжем в руках и рядом с огромным Иваном, который держал коробки, было сложно. В момент, когда она крутила правой рукой кольцо против часовой стрелки, он прижался теснее, держась за ее локоть. Воздух стал как будто суше, плотнее и словно колючий. В чулане вновь запахло опилками и инвентарём, а ещё сыростью каменного пола. Аня облегченно выдохнула. Кажется, получилось.