Книга На той стороне, страница 75 – Елена Владимировна Добрынина

Аня закатила глаза.

— Ну, конечно. Просто так отдать найденную вещь — это не в правилах такого человека, как вы.

— Это какого «такого»? — спросил граф.

— Самовлюбленного и напыщенного, как индюк. — Аня не сдержалась.

Давно хотела сказать ему что-то такое, да всё не позволяли правила приличия. Но сейчас-то они одни, через час-другой расстанутся навсегда, так пусть хотя бы кто-то скажет ему правду.

Николай приподнял одну бровь, выражая крайнюю степень удивления.

— Право слово, не ожидал, что просящий может так говорить. Но да Бог с ним, от вас вообще сложно чего-то ожидать. Поэтому я прощаю и делаю вид, что не слышал ваших ругательств. Так что, Анна Алексеевна, вы готовы услышать моё условие?

Время поджимало, ещё надо одеться и взять перчатки, которые Аня предусмотрительно оставила на сундуке в своей комнате. А внизу её ждали. Можно до бесконечности играть в препирательства. Но ей нужно не опоздать в театр и не вызвать подозрений.

— Хорошо, давайте своё условие. — Выпалила она, чувствуя, что проигрывает. 1:0 в твою пользу, чёртов граф!

Николай победоносно улыбнулся.

— Я отдаю вам вещицу взамен на поцелуй.

Всего-то! Если честно, она думала, что граф оборзел в край и предложит ей гораздо куда более непристойное предложение.

— Как скучно, — ответила она и заверила с легкостью. — Хорошо, после театра будет вам поцелуй.

После театра она будет в ста годах отсюда, так что обещать можно всё что угодно. Отдал бы вещь, да побыстрее. А там видно будет.

— Ну уж нет, мадемуазель. Зная ваш вздорный характер, — вернул ей колкость Николай, — прямо сейчас.

Блин, судорожно переваривала Аня предложение. С одной стороны, всего лишь поцелуй взамен на самую дорогую ей вещь. С другой, она понимала, что не сможет поступить как ночью, а значит, придётся идти до конца.

— Тогда у меня тоже будет условие.

Николай был удивлён.

— Это нечестно, Анна Алексеевна. Вы не в том положении, чтобы ставить условия.

— Зато справедливо, Николай Павлович. Ибо приличный джентльмен давно бы вернул даме вещь без торгов как граф, а не купец третьей гильдии.

— Ваша правда, Аннет, — ядовитая перепалка продолжалась. — Чем-чем, а приличием в этом смысле я никогда не отличался. Так что за условие? Мне даже любопытно стало.

— Вы не прикасаетесь ко мне руками. Только поцелуй.

Наивная девчонка, усмехнулся граф про себя, неужели это как-то поменяет дело?

— Вы удивляете меня и не в первый уж раз. Ну что ж, идёт.

Ане казалось, что, если он не будет прикасаться к ней, будет легче. Только губы, совсем без рук. Она ещё помнила, как крепки его объятия, и решила, что так сохранится меж ними хоть какая-то дистанция. Странный ход, конечно, лучше бы вообще обойтись без лобызаний, но что делать? Отказать и гордо удалиться без возможности забрать потерянное. Скажи спасибо, что прямо здесь не потребовал ночь любви. Поцелуй, абсурд какой-то! И этого хлыща она ещё мечтала увидеть, когда сегодня вернулась домой? Да в рожу ему плюнуть и всего делов. Но придётся целоваться.

— Вы готовы? — Прервал её мысли Николя.

— Сначала крестик. — Строго сказала Аня и протянула к нему раскрытую ладонь.

— Если обманете и сбежите, я поцелую вас при всей публике в театре. — Шуточно пригрозил ей граф и добавил уже серьезно. — И поверьте, я не шучу.