Книга Кровью и жизнью, страница 100 – Елена Владимировна Добрынина

Я почувствовала внутренний зуд, что-то в этом всем сильно цепляло, но четко выделить что именно, не получалось. Старичка было жаль, он, похоже всей душой радел за свою теорию. Я маленькими глотками попивала ароматный отвар, прокручивая в голове услышанный разговор, и наконец, поняла: вот оно... «..лучше разберитесь, почему год назад уровень просел». Год назад — это как раз тогда, когда мы столкнулись с Диксоном на ледяной горке, и все завертелось. А еще мне сразу вспомнилась статья в старой газете, где говорилось о сильной просадке уровня Источника вскоре после того, как чуть нет погибли Тилли с друзьями. Совпадения? Очень надеюсь, что так. Но, на всякий случай, надо побольше узнать о колебаниях уровня Источника. Еще и этого не хватало ко всем моим проблемам.

Обратно в гостиницу шла в глубокой задумчивости, только краешком сознания отмечая то или иное интересное здание, лавку или скульптуру. Интерес к прогулке поутих, да и свертки с покупками нести порядком надоело. Поэтому, когда я, наконец, добралась до «Трех праведников» и поднялась в свою комнату, то испытала настоящее облегчение. Перевела дух, привела себя в порядок (не отказала себе в удовольствии надеть новую голубую блузку и покрутиться перед зеркалом) и поспешила вниз, на обед. Я проголодалась так сильно, что ничто на свете не могло меня смутить.

Диксона в зале не оказалось, зато там царила Мариса. Сегодня она была облачена в костюм цвета корицы с длинной узкой юбкой и такую яркую, цветастую блузке, что кто угодно выглядел бы в ней нелепо. Кроме нее. Марисе этот наряд лишь добавлял дерзости и энергичности. Хозяйка заметила меня и поспешила навстречу :

— Марта, дорогая, как прогулялась? Твой брат уже пообедал и убежал, такой шустрый малый, — Мариса тепло улыбнулась, — обещался скоро быть .

Она взяла меня под локоть, обдав ароматом сладких пудровых духов, и провожая к столику, продолжала вещать

— Робби приготовил золотой бульон и мясо в горшочках под сырной корочкой.. обязательно попробуй, я настаиваю, это, кстати, любимые блюда нашего мэра, он частенько на них заглядывает..

— Знаем мы, из-за чего он сюда заглядывает, как же, как же! — громко засмеялся полный господин за соседним столиком. — Или лучше сказать «из-за кого»?

И он поиграл бровями, глядя на Марису.. Та только закатила глаза, поправляя рукой прическу.

— Я тебе так скажу, Гарольд, — обратилась она к мужчине. Если бы наш мэр был столь же нерешителен в хозяйственных делах, сколь он есть в делах сердечных, я бы ни за что не отдала за него свой голос.. — и подождав, пока стихнет хохот, невозмутимо прошествовала дальше.

Я осталась за столиком в недоумении. Она еще и мэра охмурила! Мариса представлялась мне сейчас коварной колдуньей из старых сказок: на завтрак она ела молоденьких мальчиков, а на ужин закусывала мэрами, ну или наоборот. Однако даже это не отбило мне аппетита и не помешало насладиться действительно вкусными блюдами.

После обеда я отдыхала в своих комнатах, снова изучая журналы, купленные еще в паровике (и отчаянно жалея о том, что на прогулке мне не пришла в голову мысль зайти в книжную лавку), когда раздался энергичный стук в дверь. На пороге, ожидаемо, стоял мой лже-брат, аккуратнейше одетый и причесанный, словно собрался на прием к начальству.