Книга Кровью и жизнью, страница 65 – Елена Владимировна Добрынина

— Он защищает тебя как лев! — умилялась Шейла.

— Ты преувеличиваешь. Он прежде всего старший следователь Магконтроля, на подопечного которого было совершено нападение. Хорош бы он был, если бы позволил хулиганам выйти из воды сухими, — Я старалась мыслить беспристрастно. Но, что греха таить, от восторгов подруги было хорошо на душе.

— К слову о Магконтроле. Сегодня у меня было индивидуальное занятие с мистресс Кирби, — подхватила разговор Милли. — Пока я выполняла задание, к ней зашла еще одна преподавательница, и они о чем-то разговаривали. Я не особенно прислушивалась, но когда мистресс Кирби упомянула миста Кингсли, сразу навострила уши.

Они обсуждали тот факт, что директор который год просил кого-нибудь из Магконтроля провести у учеников учебный курс, но те всегда отказывались по благовидным предлогом. А в этом году вдруг согласились, да еще прислали не абы кого, а старшего следователя. Здорово, да?

Все согласились, что, действительно, здорово. Предмет, по-крайней мере, тот ведет очень даже интересно.

Вечером все то же самое я обсуждала с Алисией.

— Надо же, как я ошибалась в Гленне с его дружком, — вздыхала огневичка. — Была уверена, что им запала хватает только на словесные перепалки и то до поры — до времени. А вон как вышло. Хорошо, что ты не пострадала.. Молодец ваш эмпат, что поставил их на место.

На том и закончился день.

А на следующее утро мне предстояло первое индивидуальное занятие с тем самым эмпатом.

День не задался с самого начала. Во-первых, я чуть не проспала. Быстро привела себя в порядок, закинула вещи в сумку и бегом припустила в столовую — позавтракать нужно было обязательно, так как сразу после занятия с моим нынешним куратором предстояло бежать на дополнительный урок по истории. Во-вторых, в столовой разобрали все сэндвичи и вкуснейший горячий шоколад, которыми я рассчитывала перекусить. Пришлось довольствоваться отваром и сахарной булочкой. Что-то более плотное съесть я уже не успевала.

В третьих, когда я подходила к кабинету Лестера Кингсли, я вспомнила, что впопыхах положила в сумку только тетрадь по истории. Мелочь, но тоже неприятно.

В результате к своему куратору я прибыла в несколько нервозном состоянии. Добавлял переживаний еще и тот факт, что вчера я твердо пообещала себя поблагодарить миста Кингсли за свое счастливое спасение и даже немного порепетировала свою речь по этому поводу (правда, про себя, чтобы не потревожить Алисию).

У мистресс Джонс, как и у всех административных работников, сегодня был выходной. И дверь кабинета старшего следователя была настежь раскрыта. Сам он уже сидел за столом и что-то писал. Тем не менее мое приближение он увидел сразу, еще до того, как я успела постучаться.

— Доброе утро, Эмма. Проходите пожалуйста.

— Здравствуйте, мист Кингсли. Я хотела поблагодарить вас за то, что.. — я приготовилась зачитать свою прочувственную речь, но вчерашние старания пропали даром: старший следователь досадливо поморщился и сразу пресек мои попытки.

— Не стоит. Это единственно возможные действия в данной ситуации с мой стороны. — Легкий взмах рукой по направлению к креслу для посетителей, — Присаживайтесь, успокаивайтесь .

«Демонов эмпат», — подумалось мне.

Те временем означенный выше эмпат дописал свое письмо, запечатал его в лежащий рядом конверт, поднялся из кресла и неспешно прошествовал в приемную, чтобы положить свое послание на стол секретаря. Я же, действительно переведя дух, готовилась к занятию — выкладывала из сумки карандаши, автоматическое перо, тетрадь по истории — и одновременно украдкой следила за передвижениями моего нового куратора. С последним я явно перестаралась.