Онлайн книга «Лики миров»
|
«Наверное, тоже какая-нибудь голограмма», — решила я, наконец, и, вернув внимание посланнице, ответила на поставленный вопрос: — Да, нашла. Монетка, которую подкинул господин Бин несколько лет назад, чтобы дать ответ генералу, должна упасть другой стороной. Тогда сянь выберет другой вариант, и генерал построит свой полигон чуть дальше, землетрясение не отправит самое страшное оружие Серого мира в Таар-ди-Ор и не будет взрыва, уничтожившего эльдион. Население Черного мира не обратится в одержимых тварей и не кинется в Белый мир. Там не возникнет Хаоса и Бездны. И не нужно будет закрывать Разрыв, чтобы остановить ракш, и не порвется ткань мироздания, открывая новые и новые разрывы… Не перестоятся от этого переходы в Синем мире … — я сделала паузу, пытаясь понять, все ли я перечислила и понимает ли меня Эн-Джи-Эль под номером сто двадцать восемь. Голограмма тем временем сделала медленный широкий взмах рукой — и прямо в воздухе появился огромный — с полнеба, наверное — прозрачный экран, на котором замелькали туманности, галактики и звезды, будто мы летим на самом быстром звездолете или наблюдаем за его полетом в планетарии… Через несколько секунд я узнала нашу солнечную систему, старушку Землю, Евразию, Китай, Тибетское нагорье… вершины незнакомых гор… Потом день стал сменяться ночью и опять днем, будто включили быструю-быструю перемотку от такого мельтешения у меня даже закружилась голова. А потом этот бесконечный «фильм» неожиданно стал замедленным и я, не отрывая взгляда, смотрела на господина Бина — на экране он был несколько моложе, но вполне узнаваем. Вот в глубоких размышлениях он сует руку в карман, вот, разминая пальцы, крутит в них металлических кругляш с квадратным отверстием в центре, вот ловко подкидывает его вверх. Вот ловит рукой — и на раскрытой ладони ясно видна сама монета и четыре иероглифа на ней — по одной на каждую сторону квадрата. Энджи хлопнула в ладони — и кадры так же медленно принялись прокручиваться назад. На моменте, когда подброшенная монета на миг зависла в самой верхней точки своего полета Энджи хлопнула снова — и поставила это странное кино на паузу. — Так, посмотрим, — сказала она, призадумавшись и на несколько секунд «зависла», все так же смотря на экран. «Варианты просчитывает, что ли?» — Реализуемо, — выдала она наконец все таким-же монотонно-переливчатым голосом и принялась быстро открывать на экране маленькие «окошки» — одно за другим, то быстро подправляя схемки, то вводя иные параметры. Наконец последняя вкладка была закрыта, и голограмма, повернувшись ко мне, произнесла. — Посмотрим, что получилось, — снова хлопок, — и монета начинает свое движение вниз, но, подхваченная внезапным порывом ветра, вместо того, чтобы упасть в подставленную ладонь, падает на землю. Господин Бин наклоняется и смотрит на нее сверху вниз — на блестящем желтом кружке сейчас ясно видны две затейливые спирали. Сянь берет монетку в руки и, слегка покачивая головой, смотрит вверх. Двойной хлопок — и кадры снова замелькали, на бешеной скорости сменяя друг друга. В какой-то момент экран разделился на два параллельных окна — во втором из них узнала голубоватые склоны гор Таа-ди-Ора и радуги над прозрачными озерами… В момент, когда на первом экране ходуном ходила земля, трескалась, образуя страшные, уродливые ущелья, на втором все так же мирно играли дети, работали простые люди, а в вышине парили грациозные создания похожие одновременно и на птиц, и на ангелов. |