Книга В плену врага. Пока бушует метель, страница 40 – Сашетта Котляр

Тогда Анника снова заговорила, и пар от её дыхания обжёг его лицо, так близко они стояли:

— А теперь отойди шагов на тридцать, пожалуйста, Ивар. Лучше на все полсотни. Полыхнёт так, что может и тебе достаться. Я могу и не удержать огня в первый момент.

— Ты же говорила, он управляемый? — поддел её Ивар.

— Да, но не сразу. Кроме того, мне так будет спокойнее. Отойди. Я тоже хочу превратить их в пепел.

Ивар не стал спорить. Это же она — Ведьма, значит, ведает, что творит. Но приготовился смотреть во все глаза, что она будет делать и как. Всё колдовство, что он видал сам, исходило либо от духов рода, либо от поганого некроманта, которого он когда-то называл дядюшкой.

Анника улыбнулась ему, довольная, что Ивар прислушался к ней. Или чем-то ещё, кто ж её разберёт? И встала напротив кучи волчьих тел, некоторые из которых уже начинали понемногу шевелиться. Она вознесла руки над собой, сложила их крест-накрест, и запела на неведомом Ивару языке.

Ничего более мелодичного и прекрасного он за всю жизнь не слышал. Песня навевала запах костра звёздной ночью, и тёплых шкур под щекой, когда в доме всё хорошо. От неё щемило сердце и хотелось вытирать глаза от непролитых слёз. Но вдруг Анника начала петь громче и злее, и вокруг костра поднялось пламя, охватившее всё вокруг. То же самое случилось и в реальности.

Почти то же самое. Огонь действительно явился на зов ведьмы, но бросился не на неё, а туда, куда указывали уже две её ладони. И Анника начала танцевать, сама напоминая язычок пламени посреди снежной долины, яркая и живая. Вместе с нею танцевал и огонь, пожирая нежить, и вскоре от неё действительно остался лишь пепел, хотя настоящему огню на такое понадобилось бы несколько часов, и то, скорее всего остались бы кости.

Едва Анника умолкла, исчез и огонь. Ведьма была бледнее обычного, потому Ивар бросился к ней ближе. Она устало улыбнулась, и тихо пробормотала:

— Ничего, слабость сейчас пройдёт. Я звала огонь песней, а не приказом, так всегда легче.

— А если бы приказом?.. — спросил Ивар. Не из желания выведать вражеские тайны, просто ему хотелось понимать, что она делает с собой, когда призывает пламя.

— Тогда мне было бы плохо день или два, — призналась она. — Потому это крайняя мера, последний довод, — Анника осела прямо на снег.

— И потому я не видел, чтобы ты кого-то жгла? — проницательно заметил Ивар.

— Вы люди, и захватчики здесь мы, — в голосе ведьмы звучала горечь. — Это не тот случай, когда я могу позвать пламя. Но вот против Ильмера у меня границ нет, можешь не сомневаться.

Ивар вздохнул, и встал рядом с нею, надеясь, что мороз не причинит огненной ведьме большого вреда. Быть может, она потому и выжила, что внутри неё огонь, который она способна позвать. Кто знает, сколько она пролежала в снегах, брошенная братьями, прежде чем Ивару повезло отыскать её?..

Анника и правда сидела недолго. Ивар не успел даже глубоко уйти в свои мысли, когда она молча взяла его за руку. Он понял, что должен помочь ей встать, и сделал это без лишних слов. Отметил, что щёки Анники вновь приобрели здоровый румянец, и мысленно выдохнул от облегчения.

— Пойдём, Ивар, — сказала она, отряхнувшись от снега. — Мы собирались идти к моим, и лучше это сделать, пока Ильмер не послал за нами ещё каких-то тварей.