Книга Кузница душ, страница 30 – Сашетта Котляр

— Я очень похожа на законченную мразь? — мрачно осведомилась травница, не пытаясь прикрыться, и не показывая страха. — Потому что если нет, то и ответ — я скорее сдохну.

— Я думаю, ты похожа на человека, который мог бы отрезать себе палец, — сказал Эшрод, опять вскинув руку. Мариэн вновь была полностью подвластна его воле. Подняв меч правой рукой, она резким взмахом отрубила указательный палец на левой. Сознание озарила резкая вспышка боли, через которую пробивалось только безграничное отвращение от того, что кто-то влез в ее разум.

— Как насчет кисти? Если я верно помню, тебе это понравилось в твое время, — Эшрод ослабил контроль, но не полностью — достаточно, чтобы его жертва могла ответить.

— Отруби голову, не мучайся, — мрачно прошипела женщина, из последних сил стараясь не кричать, чтобы не доставлять ему еще больше удовольствия.

— Ха, это вполне сойдет за самоубийство. Придется пока ограничиться рукой.

Мариэн уже занесла клинок, как внезапно чужая воля резко отпустила ее разум. Картина, которая предстала перед ее глазами, вызвала в ней мрачное удовлетворение. Шиу резким, неожиданным ни для кого ударом, отрубила Эшроду руку. Тот выронил меч из второй, взмахнул ею, и Шиу взорвалась изнутри. Ее кровь разлилась неаккуратной лужей, и части костей разлетелись по округе. Бог повернул свое запятнанное красным лицо к Мариэн, но было уже поздно: та вонзила меч себе в грудь по рукоять.

— Нет! — прокричал Эшрод.

С его руки сорвалось черное пламя, но мерцающие полосы света уже окружили травницу. Заклинание замерло в нескольких сантиметрах от цели. Время остановилось. Что-то было по-другому в этот раз. Мариэн ощущала пульсацию камня в ошейнике. Не было напоминания о заповеди, не было никаких рун. «Все не так, как в первый раз», — подумала травница, и вдруг картина перед ее глазами сменилась ванной в ее хижине. Полосы света, впрочем, еще не исчезли.

«Значит ли это, что я могу выбрать, куда отправиться?» — мелькнула мысль у Мариэн.

Женщина быстро перебирала в памяти разные эпизоды, и понимала, что не хочет встречать «Рикарда». Не хочет переживать кошмар заново. А еще очень хочет сделать что-то, чтобы предотвратить как можно больше зла. Например, смерть любимой младшей сестренки.

Травница в подробностях представила тот день, когда Танил отпросилась на танцы, куда собирали самых хорошеньких девушек. Представила свою хижину, где еще стояли два тюфяка. Терпкий запах бульона с травами, что тогда варила. Смеющуюся, яркую, словно солнышко, тонкую и звонкую девчушку с удивительно открытым лицом, какой была ее девочка. Ее светящиеся умом ярко-зеленые глаза, и черные волосы, которыми она пошла в отца. И голосок. А потом вдруг ясно осознала, что та могла бы умереть куда более мучительно, доживи она до всего этого ужаса.

И передумала, выбирая иной момент. Миг, когда, вероятно, неосторожное слово, сорвавшееся с ее губ и привлекло внимание безумного бога. Вернее, два мига до него. Таверна. Тихая история, что она рассказывала чьей-то дочери. Да. Сюда!

Мариэн с некоторой самоиронией отметила, что приятно перемещаться во времени с помощью одной-единственной смерти. По крайней мере более приятно, чем «обычным» способом. Жаль, что эта возможность за ней не сохранилась. Впрочем, отсутствие ошейника — это прекрасно. Какие бы там преимущества он ни давал.