Книга Кузница душ, страница 31 – Сашетта Котляр

Возвращаться в этот момент было… странно. Другая жизнь, другое время, другая Мариэн. Должна была быть здесь. Наивная, мягкая, добросердечная и верящая в светлое будущее. Теперь про нее всего этого совершенно точно не скажешь. Она осмотрелась, обнаружив и зеленое с белым платье в пол, что было на ней надето, и старую, шумную таверну «Благодать», понятное дело, неизменную. Все тот же кислый запах дешевого пива, все те же редко смеющиеся люди, все тот же огонь в очаге, придающий лицам посетителей слегка загадочный вид. И разговоры, тихие и боязливые, но все же не умолкающие.

Когда-то, буквально в прошлой жизни, она считала атмосферу таверны идеальной, чтобы читать детям и взрослым сказки, несколько подрывающие авторитет власти. Менять сознание и пытаться зажечь сердца тех, кто еще не окончательно оскотинился. И она отлично помнила, какую историю рассказывала в этот день, когда в таверну впервые забежала втайне от отца дочка булочника. Молоденькой девчушке, едва переступившей порог пятнадцатилетия, хотелось не напиться, отнюдь. Послушать. Красивая девочка была. И здесь — она все еще есть.

Низкого роста, ниже Мариэн, с большими карими глазами доверчивого олененка и густыми волосами цвета темного каштана, постоянно норовившими закрыть ей один глаз, Кейлин всегда любила истории травницы. И всегда слушала очень внимательно, слегка прикусив пухлые девичьи губы и сосредоточенно глядя в лицо рассказчице, и никогда не пропуская ни единого слова. Одетая скромно и не слишком богато, она не привлекала особого внимания, но очень нравилась травнице, и потому, увидев ее снова, та улыбнулась как старому и давно не виденному другу. Это была хорошая встреча, хоть и ожидаемая.

В воспоминании Мариэн рассказала байку о пьяном Клирике, запутавшемся в собственных штанах, когда ему отказала ушлая девица. Это для всех. А для Кейлин — страшную сказочку о том, как зло помутило умы людей, отчего те стали видеть белое — черным, а черное — белым, и даже этого не заметили, начав славить своих мучителей. И она была уверена, что красивый мужчина, впоследствии оказавшийся богом, подошел к ней отнюдь не из-за похабной байки. Такое обычно прощают, чтобы у народа была отдушина и он не слишком пытался сделать что-то со своим скотским существованием. А вот попытки научить кого-то думать…

Мариэн замерла на миг. Она могла поступить совсем по-другому и никогда не попасть в пыточную камеру. Например, просто уйти домой, тем более что воспоминания о многих днях нестерпимой муки и так останутся с ней в кошмарах. Но тогда… Тогда это будет означать безоговорочную победу Эшрода. И напрасную гибель Шиу, пусть даже в этой реальности девушка еще жива. При мысли об этом становилось как-то по-особенному горько: мужество той было слишком исключительным, чтобы не сделать ничего и просто сбежать. Если бы не Шиу — ее ждала бы участь стократно хуже смерти. Еще одна.

В конце концов, травница поняла, что Кейлин смотрит на нее в недоумении и ждет свою сказку. Беспокойный взгляд, какой девочка кидала в ее сторону, заставил ее принять неожиданное решение. Да. Так будет даже лучше. Звучный голос разлетелся по всей таверне, привлекая внимание привычных к Мариэн слушателей.

— А знаете… Это, конечно, детская сказка, но иногда взрослым бывает полезно слушать сказки, чтобы помнить, кто они и откуда, — начала женщина, обращаясь ко всем присутствующим. — Я расскажу ее не только тебе, Кейлин, я расскажу ее всем. Когда-то, давным-давно, люди умели лечить других, и для этого нужна была лишь добрая воля и сила духа. Умели защищаться и бороться за то, чтобы их родные были счастливы. И жили хорошо, не враждуя с соседями, но и не позволяя им забрать свое. И нельзя было владеть ими силой, потому что с силой они боролись, — завсегдатаи таверны реагировали по-разному. Кто смеялся, кто хмурился, понимая, к чему она клонит, а кто-то усмехался наивности истории, даже зная, что это сказка. Сильно изменились выражения на лицах, когда она продолжила: