Книга Капли крови: Город Греха, страница 11 – Сашетта Котляр

— Ну и долго ты планируешь меня игнорировать? — поинтересовался он раздраженно.

— Моя бы воля — всю жизнь бы делала вид, что тебя не существует, — радостно отозвалась я, лучезарно улыбаясь. Что-то мне подсказывает, собственные привычки в других людях его дико бесят. А еще мне грело душу, что его можно ставить на место банальным игнорированием. Просто до невозможности!

— Знаешь, если ты хочешь убедительно сыграть мою жену, тебе придется со мной разговаривать. И спать. В одной постели.

Последняя фраза прозвучала настолько двусмысленно, что я подавилась воздухом. И снова досчитала до трех. Мысленно. Этот человек неоднократно утверждал, что я не похожа на женщину?! На кой черт тогда вести себя так… так. Я снова досчитала, теперь уже до десяти. И только потом, как мне казалось, спокойно, отозвалась:

— Ты еще предложи охи и вздохи поизображать, для убедительности. Нам с тобой в принципе не о чем говорить, Рик. Не переживай, мое реальное к тебе отношение на деле никак не отразится.

— Это какое, тайная влюбленность? — ехидно протянул он. И затем добавил:

— Ладно, расслабься, Кэсси, твоей чести ничего не угрожает. Ты вспыльчивая истеричка со склонностью к агрессии, к тому же, так себе. Не в моем вкусе, все дела. Поэтому сейчас мы вновь сядем в машину и проследуем в отель с идиотским названием «Летняя заря». Джефф приказал остановиться именно в нем. А там ты будешь страшшшно радоваться, что тебе разрешили хотя бы поизображать мою супругу.

Я поняла, что убью его, если продолжу эту перепалку. И молча села в машину, сжимая и разжимая кулаки. Алаверо улыбался, как победитель, я ощущала желание повозить его мордой по асфальту и почти ощутимо скрипела зубами. Но после пяти минут плодотворной злости с картинами разных видов смерти «любимого» Рикки, я придумала кое-что получше. Посмотрим, кто будет ухмыляться последним. Посмотрим.

Последняя фраза Алаверо, прежде чем мы вошли в отель, и стали для всех влюбленной парочкой на отдыхе, звучала так:

— Улыбайся, дорогая, улыбайся. Для этих людей ты — моя жена.

И я, как послушная супруга, нацепила на лицо самую приторную из арсенала улыбок. А потом перехватила инициативу у дорогого напарничка: взяла его за руку чуть выше локтя, и просто-напросто потащила по коридору вперед. Чтобы не выбиваться из роли, Рик был вынужден быстро перебирать длинными ногами, изо всех сил изображая благодушие. К счастью, его актерские способности были не совсем уж на нуле, и улыбка получалась умиленная, а не вымученная. А я не только издевалась над «любимым», но и осматривалась вокруг.

Отель не был совсем уж клоповником, но явно видал лучшие дни. Кто-то попытался создать здесь уют: на веранде стояли круглые столики, украшенные кружевными салфетками, плетеные кресла для посетителей, и даже был вполне пристойный навес от солнца. Благодаря светильникам, похожим на огромные очки-половинки, внутри здания царил приятный полумрак. Обивка небольших «парных» диванчиков радовала глаз темно-бежевым цветом, а ноги утопали в роскошном кремовом ковре, который так и хотелось погладить.

Несмотря на причину, что привела нас сюда, мне отель очень даже пришелся по душе. Алаверо же излучал недовольство, которое, казалось, видела только я. Ну да, с его деньгами наверняка можно снять что-нибудь на пару классов выше. Не привык, бедный, к плебейским условиям. Я повисла на его руке еще сильнее, и начала изображать прямо-таки невероятный интерес ко всему, что меня окружает, в особенности к подделкам голландских живописцев, висевшим на полосатых стенах.