Книга Капли крови: Город Греха, страница 16 – Сашетта Котляр

Рик наблюдал за моими действиями так внимательно, что становилось не по себе. Я напоминала сама себе: мы взрослые люди, приехали сюда по делу и вполне способны не поссориться за жалкий месяц. Это успокаивало. Чуть-чуть. Я испытала подобие экстаза, когда, наконец, смыла косметику, но из ванной вернулась быстро. Жаль, нельзя было снять парик: здесь к нам могла зайти горничная, пока мы спим, и ей не стоило знать, что я скрываю даже такую мелочь.

Когда я прошла в спальню Алаверо валялся на постели в одних пижамных штанах, и скучающе смотрел в телефон. Я невольно задержала взгляд на сине-черных полосках его брюк, после чего услышала ехидное:

— Тебе особое приглашение нужно, чтобы лечь? Или залюбовалась?

Я поморщилась, затем выключила свет.

— Поделись самооценкой, мне пригодится. Я просто…

Он не дал мне договорить:

— Просто восхищена моей красотой? Не бойся, приставать не буду. Даже если бы это была не ты, я не могу трогать женщину в пижаме с котятами. Я не растлеваю детей.

Я закатила глаза и молча легла рядом, отодвинувшись на соседнюю подушку. Понимала, что реагировать на его детские подначки — последнее дело, так что спросила:

— Есть какие-то идеи насчет расследования?

Он нахмурился:

— Кэсси, у тебя совсем нет чувства юмора. Чуть что — сразу о работе. Сейчас — никаких. Первый день будем с тобой активно светиться во всех местных злачных местах города и слушать. А потом я пробегусь по ключевым фигурам, которые о нас знают: поговорю с начальником копов и мэром, разговорю пару официанточек — они обычно многое замечают. Слишком мало данных, чтобы делать выводы. Ты не согласна?

— Вполне, — я устало зевнула. — Спокойной ночи, Рик.

— Спокойной ночи, — согласился Алаверо.

А потом чему-то рассмеялся, и встал. Я услышала, как скрипнула дверь в ванную, и успела подумать, что это надолго. Глаза слипались, и я решила, что не буду его ждать, вскоре провалившись в сон.

Я проснулась и обнаружила себя прижатой к дорогому напарничку. Он подгреб меня практически под себя, причем складывалось ощущение, будто он сделал это, когда пришел, а не во сне. Признаюсь, лежать в его объятиях было удобно, пах он приятно — гелем для душа и чем-то мускусным, возможно, свежим потом. Но я решительно не рассчитывала, что он настолько серьезно возьмется изображать моего мужа. Наглость — его второе имя.

Но я обратила внимание на другое. Если я уже проснулась, а он — известный «жаворонок» — еще спал, значит, ночью времени даром не терял. И есть смысл надеяться, что это не значит «искал очередную женщину». Хорошо бы, так оно и было. Я аккуратно попыталась вырваться из его железных объятий, но ничего не получилось. Тогда попыталась неаккуратно: он даже не шелохнулся. Дунула в лицо — чихнул. А потом расхохотался и отпустил. Резко, так, что я чуть было не упала.

— Ты идиот?! — поинтересовалась я мрачно, тут же вставая с кровати.

Синие глаза Алаверо искрились весельем. Я снова вспомнила пугающее презрение, которое было раньше, и хмуро дернула его за нос, благо, лежал он достаточно близко. Ребячество, знаю. Но бесит!

Он вскрикнул от неожиданности, а потом снова расхохотался.

— Надо же, у тебя все-таки есть чувство юмора! Чуть-чуть, правда, но это уже прогресс. Умывайся и пошли завтракать. Пусть к нам привыкнут.