Книга Непокорный трофей для Дракона-завоевателя, страница 54 – Адриана Вайс

Его глаза мгновенно закатываются, а тело резко обмякает.

Он… погиб?

Сальватор с брезгливым шипением разжимает пальцы.

Тело Зейна тяжело валится на каменный пол.

В котельной повисает звенящая, мертвая тишина. Слышны лишь приглушенные всхлипывания Миры, прикованной к трубе.

Я сижу на грязных камнях, прижимая ладонь к горлу, и меня бьет крупная, неконтролируемая дрожь.

Меня трясет от пережитого шока, от близости смерти и от понимания того, насколько я была близка к тому, чтобы Сальватор узнал мою тайну.

Но самое страшное даже не это.

Самое страшное в том, что я не понимаю — что случилось с Зейном. Что это была за руна на его шее и почему она активировалась именно в тот момент, когда он чуть не выболтал Сальватору мое происхождение?

Я медленно, с ужасом поднимаю глаза.

Сальватор тяжелым взглядом буравит Зена, а затем поворачивается к Мире. Бедняжка, ошарашена тем что случилось с Зейном не меньше моего. Она с трудом сглатывает и ее вдруг прорывает. Мира снова срывается в слезы.

Сальватор будет не обращает на нее внимания.

Его грудная клетка тяжело вздымается. Запах мороза смешивается с запахом ржавчины и магии. В его глазах плещется неконтролируемая ярость.

Инстинкты завоевателя, которые прорвались наружу в тот момент, когда он увидел приставленный к моей шее нож Зейна, рвутся наружу. Но, поскольку Зейн уже лежит у его ног, то вся эта тяжелая, давящая, искрящаяся ярость обрушивается на меня.

— Вейн, — его голос звучит так тихо и обманчиво спокойно, что мороз продирает по коже.

Сальватор делает шаг ко мне. Его тень накрывает меня с головой.

— Я хочу, чтобы ты рассказала мне всё. Прямо сейчас.

Он наклоняется, упираясь руками в колени, так что его обжигающее лицо оказывается вровень с моим.

— И если я почувствую, — чеканит он каждое слово, сверля меня тяжелым гипнотическим взглядом, от которого невозможно оторваться, — если я уловлю, что ты соврала мне хоть в одном слове... продолжать этот разговор мы будем уже в камере подземелья. Где вы обе будете прикованы к стенам. Я жду.

Сальватор нависает надо мной, и его колоссальная тень поглощает меня целиком. Воздух в котельной становится настолько плотным, что, кажется, его можно резать ножом.

— Так кто же ты такая на самом деле... Аделина? — чеканит он, пригвождая меня к холодной кирпичной стене.

Его глаза — чистое, раскаленное золото, в котором сейчас плавится моя душа.

Он давит на меня своей сокрушающей, подавляющей аурой Высшего Дракона.

Такое ощущение, что теневая вуаль на моем левом плече раскаляется добела, реагируя на его близость. Но я не смею даже поморщиться.

Мое сердце колотится где-то в горле.

Паника сковывает легкие ледяными тисками.

Я на краю пропасти. Всего одно неверное слово… одно упоминание фамилии Фернен — и это конец. Он убьет меня здесь же, даже не поморщившись.

Мне нужно солгать так, чтобы это выглядело как самая искренняя правда в моей жизни.

— Я беглая жена! — выкрикиваю я, и мой голос срывается.

Сальватор на долю секунды замирает.

— Мой муж — садист и чудовище! — слова рвутся из груди вместе с реальной, невыносимой болью недавнего прошлого. — Он хотел провести надо мной темный ритуал! Хотел выкачать мою магию, чтобы передать ее своей больной любовнице! Если бы я не сбежала, он бы меня прикончил!