Книга Сын Короля Драконов назвал меня Мамой, страница 98 – Лина Эвери

Это было четыреста лет назад. Многое изменилось, но Король также ненавидит магию и, оказывается, он был проклят?

Судя по реакции Весперы, да и всех вокруг, никто об этом не знал.

В чем же дело?

Я не решалась заговорить первой и в молчании мы зашли в просторную комнату, смежную с залом аудиенций. С круглым столом, вокруг которого множество стульев. Вероятно, тут проходят совещания. Комната скромная, лишь огромные темные шторы висят над расписным окном, прикрывая льющиеся в помещение солнце. Я думала, мы будем говорить здесь, но Алистер прошел дальше. Он открыл мне едва заметную за балдахином дверь рядом и я проскользнула внутрь.

Спиной я чувствовала его тяжелое, горячее дыхание — казалось, он вот-вот исторгнет огонь, опалит мои волосы и выкинет из дворца. Воображение рисовали жуткие картины — а вдруг он ведет меня в очередную темницу?

Почему я до сих пор боюсь? Хоть Король опроверг воздействие магии на себя, он не выглядел благосклонным. Он в принципе редко выглядит иначе, но сейчас я чувствовала, как мысли тяжким думами оседают в его голове. И я причина этих дум.

Он бы не вызвал меня на аудиенцию, если с самого начала был уверен в моей невиновности.

Тут есть что-то еще, отчего у меня испуганно бьется сердце, а ладони стали холодными и влажными.

— Садись, — приказал Алистер.

Комната была совсем маленькой, лишь камин и два кресла друг на против друга. Посередине столик с двумя стаканами и прозрачной бутылкой с коричнево-золотой жидкостью. Тут царил пугающий полумрак — никаких окон, факелов и люстр, лишь камин и несколько свечек на нем, что зажглись сами, когда мы вошли. Ворон перелетел с плеча Алистера поближе к теплому огню и устроился на ковре, отвернувшись от нас.

Я села, а Алистер напротив.

Лучше бы мы остались в зале, мелькнула трусливая мысль. Там, хоть и при кучи народа, я не чувствовала себя столь уязвимой.

— Ваше Величество… — решилась я, но была сразу же прервана резким движением — Король наклонился ко мне, сложил руки в замок и опустил их на колени.

— Перестань бояться, Дельфи. Твое сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Я нервно выдохнула — легко сказать!

— То, что рассказала вам Королева… обо мне и Аларике…

— Это не имеет значения. Она не понимает, насколько сильна связь между драконом и его отпрыском — это чувство никогда не будет подвластно человеку.

— Вы не сомневались, что Аларик ваш сын?

— Никогда. В миг, когда я увидел, я все понял. По своей глупости я не присутствовал в момент его рождения, но кровь не обманешь. Никакая ведьма не смогла бы принести своего ребенка и заявить, что он мой истинный наследник — эта связь сильнее любой магии.

Поэтому он так равнодушно реагировал на слухи, которые гуляли по замку? Он знал правду и мнение людей его не волновало — доставалось лишь мне. Почему он не мог опровергнуть это с самого начала⁈

Ему все равно, вспомнила я его же слова. Я сама пыталась быть равнодушной и теперь я здесь.

— Почему же тогда сэр Фаммель… — заговорила я и комок встал в горле. Видеть этого красного гада не хочу! И говорить о нем тоже! Будто слюна ядом пропиталась, я даже скривилась. — Почему он утверждал, что это его ребенок⁈ Он… я вообще его не понимаю!

— Он всегда был дураком, — холодно произнес Алистер. — Но все же не таким, что будет учавствовать в столь абсурдных заговорах.