Книга Его грешная одержимость, страница 145 – Виктория Кузьмина

Как только машины главы города скрылись за воротами особняка, нас обоих буквально прорвало от гнева. Ситуация складывалась ужасной. Никто из нас не ожидал возникновения этого нездорового интереса ко мне.

Экстренный ночной созвон с Костером и Хэнданом привел к бурным обсуждениям. Оба альфы настаивали на официальном участии союза в этой грязной войне между нами и государством.

Саян выступал против, напоминая, что законный глава союза сидел в тюрьме и никто другой не имел права занять его место.

По итогу все наши долгие разговоры свелись к одному единственному выходу. Мне придется пойти туда и склонить их на свою сторону. Никто другой не обладает должным весом и значением для структур, на которые сейчас идет давление.

Вот только послушают ли они беременную омегу? Огромный вопрос. Особенно если учесть факт, что Каин ничего не знает.

Он бы попросту не позволил мне рисковать собой. Я и так вчерашним утром пришла к нему на свидание измотанная бессонной ночью и мучалась от нервозности и стыда за то, что мы собираемся сделать от него в тайне.

Обманывать и недоговаривать ему было до тошноты больно. Но я готова ради него на всё. Более того, сегодня ночью я планировала использовать с трудом добытое разрешение и прийти к нему. Нагро был прав. Первое заседание будет последним ведь если все выйдет как планировали, то мы разнесем их в пыль.

Ночью у нас будет около сорока минут, чтобы побыть наедине прямо в его камере. Он скорее всего придет в ярость. Возможно, будет слегка груб. Но я так отчаянно хотела этого, и не собираясь упускать ни единой секунды рядом с ним. Плевать на место. Плевать на последствия.

— Он открутит нам головы, ты уже выбрала, под какой яблоней в вашем саду меня похоронят? — мрачно произнес Саян, неотрывно сверля взглядом резные двери.

Все члены совета уже собрались внутри. Только мы стояли в коридоре, собираясь с духом перед прыжком в бездну.

— Да, та, что ближе к мусоркам. — Скосив взгляд, я наблюдала, как брови друга мужа изумленно ползут вверх.

— Ты чай от меня в следующий раз получишь со слабительным! Я к тебе со всей душой, как к младшей сестре, а ты! — вскочив на ноги, мужчина зло зыркнул на меня сверху вниз.

— Будешь так громко вопить, и я похороню тебя прямо под нашей с Каином спальней и не видать тебе покоя в загробной жизни. — Ухмыльнувшись, я почувствовала, как туго скрученная пружина паники внутри немного ослабевает.

Нервничать было уже слишком поздно. Хуже, чем есть сейчас, уже точно не станет. Хватит сидеть сложа руки в ожидании чуда. В конце концов, эти альфы за дверью нас не съедят живьем. Испепелят взглядами всего лишь.

— Лучше у мусорки. Я не готов слушать это. Уважительнее к моему посмертию относись. — Криво усмехнувшись, Саян толкнул тяжелую створку двери.

В образовавшуюся щель на нас тут же впились десятки острых, оценивающих взглядов. Сжав влажные ладони в кулаки, я шагнула вперед. Ради своего альфы я и дьявола склоню на свою сторону.

Взгляды скрестились на мне, словно клинки, приставленные острием к горлу. Настороженные и явно не ожидавшие увидеть здесь омегу, альфы моментально растеряли всю вальяжность в позах.

Я огляделась, внутренне содрогаясь от мысли, что раскаленным свинцом прошлась по внутренностям. Лишь один стул оставался свободным. Во главе этого стола. Больше мест не было, и это однозначно давало мне понять — я должна занять его.