Книга Его грешная одержимость, страница 169 – Виктория Кузьмина

Открыв магнитную дверь черной картой, мы оказались в номере, который был похож на что угодно, но только не на ванильные апартаменты для молодоженов. Огромная комната с темно-графитовыми стенами, лаконично украшенная живыми белыми цветами. Огромная кровать с белоснежным бельем, а напротив нее кожаный диван и настоящий камин. Никаких пошлых розовых купидонов, лепестков сердечками и свечей. Словно дизайн разрабатывался специально для нас двоих.

— Я тоже боюсь.

Каин обнял меня со спины, тяжело утыкаясь носом в мою макушку. Больше не было никаких посторонних звуков и лишних людей. Только я и он. Муж и жена. Женщина и мужчина. Альфа и омега.

— Правда? — прошептала я с долей сомнения.

Мой Каин и слово «страх» совершенно не сочетались в одном предложении. Мне было сложно представить, чтобы он мог испытывать это чувство.

— Да. За тебя боюсь. За наших детей. Больше я в этой жизни не боюсь ничего, но и этого вполне достаточно, чтобы меня на куски разрывало каждый день.

— И как ты борешься с этим?

Повернувшись к нему, я попыталась привстать на носочки, чтобы хоть немного дотянуться до его губ.

— Раньше я искал хитрые пути, чтобы избежать столкновения и тихо обезвредить. Теперь я просто бью первым.

— Мой безжалостный альфа, — шепотом обожгла его губы.

Похоже, я сегодня уже достаточно напросилась, потому что он без предупреждения перехватил меня на руки. Уронил в центр огромной кровати, тяжело нависая сверху.

— Ты готова быть наказанной? — Его серые глаза в уютной полутьме номера отливали жидким серебром, голодно оглядывая мою грудь, плотно закованную в ткань платья.

— От твоих рук любое наказание будет удовольствием, — прошептала и подушечками пальцев провела по его напряженной шее, плавно скользя под расстегнутые пуговицы рубашки к ключице.

К метке. Муж крупно вздрогнул, и тьма в его глазах стала еще голоднее. Яростнее.

— Что ты творишь со мной… — глухо рыкнул, и в тишине раздался треск ткани.

Он разорвал платье прямо по шву. Снять его мы всё равно бы по-другому не смогли. Увы. Его сшили по боковому шву прямо на мне, чтобы плотная ткань ни в коем случае не давила на живот. Изначально там была тоненькая, скрытая молния, но от нее пришлось отказаться в последний момент.

Белоснежная ткань слетела на пол. Я лежала под своим огромным альфой абсолютно обнаженная. Только в алых туфлях на высокой шпильке и с алым кружевом подвязки на ноге. Эта деталь магнитом тянула потемневший взгляд Каина. От полного отсутствия на мне одежды ему не стало легче совершенно. Но он держался из последних сил.

— Перевернись. — Хрипло приказал он, слезая с матраса и вставая вплотную у самого края кровати.

Послушно перевернувшись, я приподнялась, вставая на колени, и слегка прогнулась в спине. По моей ягодице скользнула горячая, шершавая рука Каина, оглаживая кожу обманчиво нежным касанием.

— Ты была очень плохой девочкой сегодня, омега. Безрассудно позволила этим ублюдкам облизывать свое тело глазами. Они могли кинуться на тебя прямо там, — хрипло произнес он и слегка шлепнул меня по попе.

Это не принесло даже легкой боли. Силы в ударе не было. Лишь крупные мурашки и искры в крови от этой легкой, доминирующей игры, которую он начал.

— Ты был там. Я находилась в абсолютной безопасности рядом со своим альфой.