Книга Академия звезд. Истинная любовь землянки, страница 36 – Татьяна Бэк

Я знала, что эта ночь станет иной. Не первой, но именно брачной. С печатью выбора, с признанием, с настоящим единением.

Регнус подошёл первым. Его ладони были тёплыми, пальцы слегка дрожали, когда он снял с меня серёжки и поцеловал в шею. Астор молча подошёл сзади и начал расшнуровывать платье. Я чувствовала, как учащается их дыхание, как затихает собственное сердце.

Когда ткань соскользнула на пол, я осталась между ними — обнажённая, открытая, любимая, и вдруг заплакала от переполнявших чувств, от того, как бережно они смотрели на меня. Как будто я была для них чем-то священным.

А потом мы любили друг друга. Не спеша, глубоко, без стеснения и страха. Мужские руки изучали меня, губы обжигали, я терялась и уже не знала, где заканчиваюсь я и начинаются они.

Мы заснули под утро, переплетённые, уставшие, но такие счастливые, что мне хотелось остановить время.

Жизнь после свадьбы изменилась не сразу. Академия всё ещё требовала дисциплины, утренних лекций и бесконечных тренировок, но теперь я просыпалась не в одиночестве, а между двумя тёплыми телами.

Регнус ворчал каждое утро, когда я пыталась подняться раньше него, затягивал меня обратно в постель, подмигивая Астору. А Астор, как всегда, был рассудительным — он гладил меня по спине и говорил, что опоздать на лекцию — недостойно жены двух блестящих офицеров. Но чаще всего они оба всё равно начинали щекотать меня, заставляя хохотать и сдаваться.

Мы завтракали вместе. Регнус обожал готовить, хотя его блюда были слишком острыми для моей земной привычки. Астор то и дело отнимал у него сковороду и всё переделывал. Я наблюдала за ними, болтая ногой, сидя на столе, и думала, что никогда не видела двоих мужчин, так по-разному, но искренне любящих.

Учёба тоже изменилась. Я чувствовала себя увереннее. Наши способности — то, что пробудил артефакт, — не исчезли, но мы научились контролировать их. Мне давалось многое, даже то, что раньше пугало: ментальная синхронизация, энергетическое программирование, сложные тактические симуляции. Астор стал моим наставником, Регнус — моим партнёром в полевых миссиях. И я… я стала кем-то, кем гордилась бы прежняя я, земная и наивная.

Вечерами мы возвращались домой и устраивались втроём на диване: кто-то с книгой, кто-то с планшетом. Иногда я лежала у Регнуса на груди, а Астор гладил меня по волосам. Мы спорили о политике, делились новостями, строили планы.

Однажды я сказала:

— А если всё закончится? Если империя снова попытается вмешаться?

Астор посмотрел на меня спокойно:

— Тогда мы снова выберем друг друга. Снова и снова. Пока есть выбор — мы вместе.

А Регнус хмыкнул:

— Ну а если не дадут выбора — пробьём стену. Или построим свою империю.

Я засмеялась, но внутри стало тепло. Не потому, что было спокойно. А потому, что даже в опасности я больше не была одна.

* * *

Я стояла на сцене с дипломом в руках и почти не слышала аплодисментов. Всё вокруг плыло — от волнения, от гордости, от лёгкой усталости после финального испытания. Я закончила учебу. Академия позади. Я больше не была «дикаркой с Земли», теперь я — дипломированный техник, признанный Империей, и в этом была часть меня, которой я раньше не знала.

Но важнее было другое. Я знала, что они вернулись.

Я почувствовала это, ещё не увидев — знакомый импульс тепла прошёл по коже, едва они ступили на станцию. Я сжала диплом крепче. Несколько шагов вниз по ступенькам — и вот они. Регнус, в чёрной форме с налётом космической пыли на плечах, и Астор, такой строгий, сдержанный, но глаза его сверкали.