Книга Побег в сказку и свекровь в придачу, страница 18 – Елена Ха

— Я шел сейчас от дома к вам и внимательно смотрел по сторонам. Нет нигде Фомочки! — переживал мельник о единственном сыне.

Ксюша прекрасно слышала разговор с кухни и расстроилась. Может, парень из-за нее в какую-то беду попал. Она же его к себе домой послала. Вздохнув, она решительно вышла к мельнику и тихо заговорила:

— Я его вчера попросила ко мне домой зайти, передать маме, что у меня все хорошо, что я работу нашла.

— Ты! — взревел обеспокоенный родитель, — Это же из-за тебя он пил! Ты ему от ворот поворот дала, еще и смеешь просить о чем-то, распутница.

Ксюша мысленно досчитала до десяти, напомнила себе, что ее сейчас винят в грехах предыдущей хозяйки, и только успокоившись, ответила мельнику:

— Это наши с Фомой отношения. Уверена, с ним все хорошо.

Мельник вскочил, грозно выставил в сторону Ксюши указательный палец, топнул ногой и убежал.

Почти сразу на двор въехал целый купеческий караван: четыре повозки, набитые товарами, и каждая была запряжена двумя лошадьми, десять конных охранников и два крепких мужика.

Мужики оказались купцами. Одеты они были просто, но дорого: рубахи из плотного хлопка, расшитые красивым узором, подпоясанные шелковыми поясами, штаны, кафтаны, картузы обычные, а вот сапоги красные, из мягкой отлично выделанной кожи.

Гости попросили обед и громко обсуждали с Данилом разбойников, обосновавшихся в местной округе.

— Они напали на нас ночью. Хорошо, мы не поскупились на ушкуйников (* наемники, снаряжаемые новгородскими боярами, они защищали караваны, но и пиратством соседних регионов не гнушались). Разбойников было человек десять, против наших шести. Но у нас воины опытные и хорошо вооруженные. Вот те и драпанули. Одного только нашего ранили. Знахарку позови.

Кого мог послать Данила? Правильно, пришлось Ксюше идти к той самой ведьме, что отправила ее предшественницу в междумирье. Страшно было, даже ноги слушаться отказывались. Однако, увидев пострадавшего, сердце женщины сжалось, у юного ушкуйника было посечено плечо, и кровь никак не хотела останавливаться. Парень бледнел на глазах. Забыв о страхе, Ксюша кинулась к ведьме, благо она ее дом запомнила и дорогу к нему. Пока бежала, вспоминала имя знахарки. Имя крутилось где-то в подсознании, но наружу выбираться не спешило. Но стоило ей открыть калитку и кинуться к крыльцу, нужные слова сами вырвались наружу:

— Агриппина Аристарховна, там беда. Человек умирает!

Из дома вышла крепенькая сутулая старушка: седые волосы торчат из-под цветастого платка, черное платье и сердитый взгляд черных глаз будто специально проверяют других на стойкость. Ксюша решила, что хуже ей уже не будет, и посмотрела ведьме прямо в глаза, еще и поторопила:

— Агриппина Аристарховна, скорее. Там ушкуйника ранили. У него кровь не останавливается… Жалко парня, молодой совсем.

— А ты все за мужиками бегаешь, — брезгливо морщась, сделала свои выводы знахарка, но взяла с крыльца корзину и засеменила в сторону трактира.

— Я работаю теперь там, — зачем-то пояснила Ксюша.

— И что? Я должна теперь похвалить тебя? — усмехнулась ведьма.

Попаданка растерялась и чуть не споткнулась, а знахарка продолжила ворчать:

— Не все ж без стыда за мужиками бегать. Большинство людей именно этим и занимаются — работают, — отрезала ведьма и, не дав собеседнице даже шанса оправдаться, продолжила, — Как придем, принеси мне теплой воды. Смешай колодезную с той, что в самоваре. Поняла?