Книга Побег в сказку и свекровь в придачу, страница 90 – Елена Ха

— А что там? — поглаживая бархатистую ткань, спросила Настя.

— А ты посмотри, — посоветовала Ксюша.

Ей и самой было любопытно, что же там. Она даже пожалела, что не остановилась и не проверила. А вдруг Настю подарок только расстроит…

Глаза невесты загорелись любопытством, она вытряхнула себе на ладонь содержимое мешочка и восторженно выдохнула:

— Красиво!

Ксюша довольно улыбнулась, рассматривая на ладони сестры бирюзовые бусы, такие же, как те, что подарил ей Трофим еще в пору его слишком коротких ухаживаний.

— С ними ты точно будешь центром внимания сегодня, — заверила старшая младшую, — Давай я помогу тебе нарядиться и заплету тебе косу.

Началась милая всем девушкам суета. Но длилась она недолго, все-таки время поджимало. Когда невеста была готова, Ксюша выскользнула из дома, предоставив переодевшейся матери возможность напутствовать младшую дочь.

Фома ходил взад-вперед возле их двери, словно дикий зверь в клетке. Глаза его были красными, а щеки пылали. Увидев одну старшую сестру, он опустил плечи и голову, обреченно вздохнув:

— Она передумала…

— Нет. Настя скоро выйдет, но пока ее нет, хочу дать тебе один совет, — решительно заговорила Ксюша, — Это здорово, что ты во всем ей потакаешь, балуешь, но женщине важно иногда видеть — ее мужчина способен на решительные действия для нее. Понимаешь?

Фома растерянно моргнул, но ответить не успел. Из дома вышла Настя с матерью. Увидев любимую, Фома засиял как солнышко, казалось, что он забыл обо всем, чему учила его Ксюша. Для него весь мир сошелся в единственной. Настя замерла напротив жениха, и снова по ее лицу пробежало сомнение. Фома заметил, встрепенулся и не дал ей передумать. Схватил на руки и понес венчаться.

— Отпусти меня, Фома! Ты что творишь?

— Несу тебя в церковь. И попробуй только передумать. Украду, и будем жить во грехе! — прищурившись, категорично заявил он.

Ксюша, идущая за парой, довольно улыбнулась, а Марфа фыркнула.

Венчание прошло гладко. Гости и три счастливые пары расселись на дворе у старосты и перешли к веселью. Громко играл и горланил гармонист. Шумели гости, желая новобрачным счастья и деток побольше. Перебивая друг друга, сплетничали соседи, а родственники, не умолкая, говорили тосты.

Ксюша сидела подле мужа, Анюта и Агриппина Аристарховна — рядом. Напротив устроились Пелагея и Данила, выглядели они подозрительно счастливыми.

— Как дела в трактире? Справляетесь вдвоем? — спросила Ксюша бывших хозяев.

— Все прекрасно! — не переставая улыбаться, заверил Данила, а потом наклонился через стол ближе к девушке и громким шепотом похвастался, — И скоро нас станет не двое!

Трофим удивленно приподнял брови и спросил:

— К вам кто-то из родственников приезжает?

Ксюше тоже было любопытно.

— Ну и чурбан же у меня сын, — буркнула рядом Агриппина Аристарховна, — Тяжелая Пелагея. Думаю, в марте разродится.

— Что? Вы ждете ребенка⁈ — удивилась Ксюша.

И все соседи за столом мгновенно замолчали и уставились на женщину.

— Да… — ответил за жену Данила, и было видно, что он очень горд этим обстоятельством, будто вся заслуга в этом событии его.

— Но как? Вы же давно… ну того, — запутался в собственном вопросе Трофим.

— Все изменила одна очень жаркая ночь, — загадочно ответил Данила, расправляя плечи и выпячивая грудь.