Книга Академия зодиаков. Статус выше любви, страница 101 – Анастасия Нуштаева

Облизнув сухие губы, Кира вгляделась в лилию. Она стала песком быстрее, чем мышка глыбой, и глыба — лилией.

— Отлично, — сказал Кант, делая какие-то пометки в бумагах. — Просто отлично.

Он сложил свои документы и взмахнул рукой. Песок исчез. Затем Кант взял бумаги подмышку, поднялся, и вышел из-за парты.

— Я могу быть свободна? — спросила Кира, шагнув в сторону, чтобы пропустить Канта.

Остальным он говорил «свободен» или «свободна», а с Кирой промолчал. Вряд ли забыл, ведь так?

Едва заметно улыбнувшись, словно радуясь догадке, Кант сказал:

— Отнюдь. Мы с вами идем писать объяснительную.

— Что?! — воскликнула Кира.

Она отшатнулась и, забыв, как сегодня в стихийной зале выставлены парты, налетела на одну из них, едва не упав.

— Почему вы так удивлены? — спросил Кант.

Он прошел пару метров, но, заметив, кто Кира не торопится следовать за ним, остановился и развернулся.

— Я… — начала Кира, показывая, что она так опешила, что даже не может ответить.

— Хотите сказать, не вы помогали товарищам в первой половине экзамена? То есть начали вы не с самого начала, а где-то человека с десятого.

— Это была не я! — сказала Кира с возмущением. — С какого… С чего вы это взяли?

Кант поджал губы и шумно выдохнул.

— Вы еще и врете.

— Да не вру я!

Качнув головой, Кант двинулся вдоль парт. Кира поняла: тот не настроен на разговор, и ожидает лишь того, что Кира пойдет за ним. Ей захотелось закричать, обозвать его, поставить подножку, чтобы Кант упал, и выглядел глупо. Ну или хотя бы ногой топнуть от негодования.

Но Кира сдержалась. Не даром ведь она Земля. Затем Кира глубоко вдохнула, выдохнула, и устремилась за Кантом.

Кира

Кира надеялась, что к утру снег растает. Проснувшись, она первым делом подскочила к окну. Небо было пасмурным — утреннее солнце едва пробивалось сквозь тучи. Не плотные, но их было достаточно, чтобы сделать небо серым, а настроение — отвратительным. Впрочем, больше туч постаралась Аска.

— Ну тебе не повезло, — сказала она, вставая рядом с Кирой.

Та не отвечала. Смотрела в окно, ослепляясь отраженным от снега светом. И это несмотря на то, что бо́льшую часть лучей съедали тучи.

— А мне повезло, — продолжала Аска.

Затем она посмотрела на Киру — та заметила это краем глаза. Поворачиваться и смотреть на Аску в ответ она не спешила. До тех пор, пока та не сказала:

— Потому что снег — это вода.

— Гениально, Аска, — сказала Кира, отталкиваясь руками от стола-подоконника. — А насчет дождя подскажешь? Вода это или не вода?

— Глупая, — сказала Аска, не обидевшись. — Я это к тому сказала, что раз повсюду моя стихия, справиться на экзамене мне будет легче. А тебе соболезную…

Кира не отвечала. Молча заправляла кровать. Аска не видела ее лицо и, наверное, поэтому решила, что Кира ждет-не-дождется объяснений.

— Потому что твою стихию укрыла моя. Как будешь ее призывать?

Взмахнув одеялом, которое легло неровно, Кира быстро смяла его, швырнула на пол, и развернулась к Аске.

— Что же ты так за меня переживаешь? — воскликнула она.

— За тебя ни капельки, — сказала Аска. — Это я о Кисе волнуюсь… Он ведь тоже сегодня сдает практику?

Кира промолчала — не любила говорить, когда ответ очевиден. Но и отворачиваться не спешила, хотя покрывало уже начало ее раздражать. Все-таки оно валялось на полу, скомканное, уже более пяти секунд.