Книга Академия зодиаков. Статус выше любви, страница 102 – Анастасия Нуштаева

— Что о нем вообще слышно?

Прозвучало так наивно, что Кира переполошилась: та ли эта Аска, которая жила с ней весь семестр. Да и сам вопрос странный. Обычно слышно было не о Кисе, а его самого.

Впрочем, в последнее время это было почти не так. Даже к Кире он приставал не часто. Только вот ее, в отличие от Аски, это радовало.

— Можешь, пожалуйста, передать ему…

— Аска! — воскликнула Кира. — Не обманывай себя! Если бы Киса хотел что-то от тебя услышать, он бы сам у тебя это выспросил. А не спрашивает, значит, ему все равно.

При этом Кира с такой злостью струшивала одеяло, что оно лишь чудом не рвалось.

Только застелив постель, Кира поняла, что в комнате подозрительно тихо. Разгладив покрывало, чтобы кровать была идеальной, без единой морщины, Кира выровнялась и прислушалась. Можно было почуять, как бегут слезы по щекам Аски, но у Киры был не настолько острый слух. Она заметила их, лишь когда обернулась.

Аска полулежала на кровати, так что ноги находились на полу, тело на постели, а голова затылком упиралась в стену. Она смотрела вперед, но, кажется, ничего не видела.

На долю секунды Кире стало ее жаль. Потом она вспомнила, на кого смотрит, и сказала:

— Ты что, плачешь?

Глупый вопрос — Кира пожалела, что задала его. Тем временем Аска вскинула ладонь, и слезы, подчинившись жесту, облепили ее руку, которую Аска тут же вытерла о простыню.

— Нет, — сказала она.

— Ты врешь.

— Что же ты так за меня переживаешь? — сказала Аска, перекривляя Киру.

Непонятно, что этому способствовало: непривычная печаль Аски, или, может, усталость от вражды с нею, которая копилась четыре месяца. Но Кира подошла к кровати и села рядом с Аской. Не глядя на нее, она вытянула руку, надеясь, что Аска догадается, что так Кира зовет ее обняться.

Несмотря на то, что сама это предложила, Кира вздрогнула от неожиданности, когда Аска приникла к ней. Секунду Кира размышляла, а потом все же прижала Аску к себе, принявшись гладить ее по плечу.

У Киры возникло чувство, что она стирает конденсат с окна зимним утром. По крайней мере Аска ощущалась такой же мокрой и холодной. Кира даже поднесла пальцы к глазам, чтобы убедиться: на них не остается влаги, хотя Аска вся как будто сочилась.

Вспомнив, что она водная, Кира прекратила панику. А Аска тем временем тихонько говорила:

— Если это не ты, значит, кто-то другой, да? Точнее другая. Знать бы кто… Ты знаешь?

Кира молчала. Знать не знала, но догадывалась. Точнее даже надеялась. Но говорить об этом Аске не собиралась.

— Или все-таки ты? — сказала Аска ей прямо в ухо.

Несмотря на шепот, Кира едва не оглохла. Впрочем, не от громкости слов, а от их сути.

— Не неси ерунду, — сказала Кира. — Такое счастье мне и даром не нужно.

Аска иронии не уловила — Кира услышала очередной всхлип. Ее влажность начала надоедать, поэтому Кира потихоньку отстранилась. Все-таки эти водные — скользкие типы.

— А кому надо? — ныла Аска.

Кира молчала. На самом деле она не пыталась ничего скрыть — еще не была уверена в своей догадке, поэтому и делиться ею не собиралась. Тем более с Аской.

— Знаешь, да? — продолжала она, заметив, как прояснилось в догадке лицо Киры. — Скажи мне… Хотя бы стихию назови.

При этом Аска так прижалась к Кире, что та по новой ощутила холодную влажность ее кожи. Уяснив, что все это ей надоело, даже с перспективой наконец-то наладить с Аской отношения, Кира вскочила с кровати, и воскликнула: