Книга Пока не будешь счастлив, страница 124 – Анастасия Нуштаева

А потом я думала обо всех сразу. О детях в детских домах, о старом курильщике, потерявшем спички, о бездомных, о девочке на коньках, которая сломала руку, о жертвах автокатастрофы…

Разве я могу говорить, что моя жизнь плоха? Разве все эти люди не пережили что-то гораздо худшее? Разве я не выдумываю сама свои незадачи, которые и проблемами назвать нельзя?

Я закрыла глаза. Лицо было мокрым, хотя я не помнила, чтобы плакала.

Вдруг совершенно внезапная мысль посетила мою голову. Я вспомнила Женька, как он пытался уговорить меня, буквально заставить посмотреть на мир его глазами и увидеть, что все не так уж плохо. Все хорошо. Да, гораздо лучше, чем мне всегда казалось.

Захотелось, чтобы он был рядом. Чтобы его теплая ладонь сжимала мою.

Я заснула, или, может, наступила полночь. Этого я не знала. Но зато я точно знала, что теперь делать.

Я проснулась недовольная. Но тут же отогнала эту напасть, обволакивающую меня, как осенний туман рано утром. Хотя воздух по-прежнему сотрясло громкое «доброе утро!» в исполнении Ярика, и подушка выскочила из-под головы по его же вине.

Злость подкатила к горлу, но не успела выскользнуть. Я придушила ее. Глотнула слюну, а затем открыла глаза и приподнялась на локтях.

— И тебе доброе утро.

Ярик выглядел абсолютно счастливым. Он прыгал на кровати, и я притянула к себе ноги, чтобы Ярик на них не приземлился, как обычно это делал.

Теперь, когда я не злилась на Ярика, то заметила кое-что. Он не делал мне гадости специально. Он хотел, чтобы я радовалась так же, как он, а для этого мне надо было проснуться. Поэтому Ярик меня будил.

— Как настрой? – спросила я, улыбнувшись.

Настрой Ярика читался на его лице, но я все равно спросила. Хотела послушать эту радостную детскую речь.

— Замечательно! – крикнул Ярик. – Чудесно! Хорошо!..

На каждое слово он приземлялся на кровать. Казалось, вот-вот она проломится. Но ничего страшного. Все равно я давно хотела новую.

— Упопамочительно!

Я засмеялась. Ярик плохо выговаривал слова с буквой «р» и избегал их. Хотя «умопомрачительно» и я не с первого раза выговорю.

Вдохновившись моим смехом, Ярик продолжил коверкать слова. Утомился он через пять прыжков-слов. Ярик шумно выдохнул и плюхнулся рядом с моей головой.

Я слушала, как он тяжело дышит через рот, а потом повернулась к нему. Ярик глянул мне в глаза и улыбнулся.

— Ждешь Деда Мороза? – спросила я.

Ярик посерьезнел. Я заметила, как он сжал зубы, а затем закивал так, словно от этого зависело, насколько крутой подарок ему достанется – машинка из «Киндер-сюрприза» или большая, на пульте управления, в которой можно кататься.

— Стишок приготовил?

Глаза Ярика расширились от ужаса. Я тут же заподозрила, что ляпнула что-то не то. Ярик пролепетал:

— Какой стишок?

Верно, мама не говорила, что за подарок Деду Морозу надо рассказывать стишок. Я прикусила губу, но тут же нашлась:

— Говорят, Дед Мороз просит за подарок рассказать стишок. Но ведь у него так много дел в новогоднюю ночь, вряд ли он успеет послушать всех деток… Тебя когда-нибудь слушал?

Ярик быстро замотал головой.

— Ну вот. Вряд ли и в этом году станет. Наверное, уже в школе будешь ему стихи рассказывать.

Ярик мечтательно улыбнулся, лег на спину и уставился в потолок. Наверное, теперь он хочет скорее пойти в школу, раз там обитают Деды Морозы. Я придушила предательскую мысль о том, что нужно рассказать Ярику, как я увидела Деда-Мороза-физрука. Сжала зубы, прикусила губу и не сказала. Ярик – совсем малыш. Ему еще можно… нужно верить в волшебство. Если дети не будут, то кто станет?