Книга Камера! Мотор! Магия, страница 140 – Катерина Кравцова

Ну вот еще, мы-то могли пройти, куда захотим! Вот только странный мир создал для себя этот… Амброзиус.

— Странный мир вы создали для себя, господин магистр, — не стерпела я. — Такой правильный, такой…

Магистр рассмеялся.

— Ну да, я сделал так, чтобы мне ничего не мешало здесь. И никто не мешал. Видели, какие забывчивые крестьяне живут в Тутышках? Один только Мартин, этот мальчишка, что привел вас, имеет твердую память и явные магические способности. Кто знает, возможно позже я и в самом деле возьму его в ученики. Но простите болтливого старика. Чем я могу быть полезен вам, друзья мои?

На несколько мгновений в домике воцарилось полное молчание, только Велизарий невозмутимо вылизывал себе хвост. А мы задумались, как сформулировать историю про кристаллы и карту миров.

— Когда отца арестовали, а я ждал отправки во дворец, к дядюшке, — заговорил наконец Джемс, — я видел, как вы уходите из нашего дома. За вами закрылась дверь, и послышался звук смены миров. Вы уходили сюда, господин магистр?

Амброзиус ответил сразу. Но чем больше я слушала его, тем настойчивее билась в голове мысль: он не собирается делиться с нами всей историей целиком.

— Да, мальчик мой, я действительно побывал в вашем доме. Хотел проститься с твоим отцом, но его уже поместили под арест, и мне пришлось придумывать какую-то ерунду, чтобы без задержки отправиться в созданный мною мир. Морион не был готов принять ни меня, ни моих научных открытий, как бы значительны они ни были. И я удалился прочь, не теряя надежды на то, что когда-нибудь смогу вернуться.

Я дождалась паузы в его речи и вкрадчиво поинтересовалась:

— А можем ли мы узнать, господин магистр, над чем вы работали перед уходом из Мориона?

Смотреть прямо в глаза Амброзиусу оказалось непросто — его взгляд ускользал, старик отворачивался, как всякий лжец. Но в ответ на прямой вопрос ему все-таки пришлось открыть нам правду. Он горестно вздохнул и сознался:

— По правде говоря, я виноват перед вами, ваша светлость.

— Вот как? И в чем же? — Джемс старался сохранять любезную отстраненность, но выглядел при этом не очень-то убедительно.

Я отлично видела, как больно ему узнавать новые обстоятельства, основательно испортившие его жизнь. Все представители власти Мориона беспокоились исключительно о своих делах. До ребенка, оставшегося сиротой, никому дела не было. Даже дядюшка Алистер, забравший все же мальчика во дворец, принес ему больше вреда, чем пользы. Да и магистр этот… чтоб его. Сунул нос в герцогский дворец, стащил, что плохо лежало, и поминай как звали! Я внутренне накалялась, сочувственно сжимала ладонь герцога и даже не заметила, как Амброзиус начал свой рассказ.

— Как мне стало однажды известно, не все обстоит благополучно на просторах Мироздания, объединяющего бесконечное множество миров.

— Прогнило что-то в Датском королевстве, — буркнула я себе под нос.

Магистр смерил меня удивленным взглядом — конечно, откуда ему было знать о страданиях принца Датского!

— Границы между мирами кое-где стали непроходимы, а кое-где, напротив, истончились, позволяя проникнуть сквозь них темным тварям, которых мечтает поставить себе на службу его величество Алистер. И я решил, что делом моей жизни станет восстановление гармонии Мироздания. Мне удалось синтезировать Кристалл Единения — он должен был послужить связующим элементом для различных миров, и одновременно укрепить ткань Мироздания там, где она была разрушена.