Книга Камера! Мотор! Магия, страница 18 – Катерина Кравцова

— Толичек, она не может сразу взять и согласиться на все, что предлагает этот коронованный жлоб! — я настроилась биться за права героини (тезка все-таки!) до конца. — Раз уж у нее магическая сила проявляется, стало быть, она сможет, если не договорятся, за себя постоять. А то пришел Шура, ну, то есть, король, пальцы веером, весь из себя крутой, напел ей песен за сотрудничество, она и лапки кверху, — так, что ли?

— Я не жлоб, а король, на минуточку, — тут же взвился Шура. — Хорош я буду со своим величием и полномочиями, если не смогу уговорить на то, что мне нужно, всего одну смертную тетку!

— Алена права, — внезапно встрял в разборку Бенедикт. — Это у нее есть нечто, нужное королю, — стало быть, она в выигрышном положении и может поторговаться об условиях. Кроме того, дом ведьмы — это место ее силы, и у постороннего короля в нем власти нет.

Консультант даже не думал смеяться, но мне отчего-то казалось, что наши сценарные перепалки забавляют его до крайности. Должно быть, он действительно никогда раньше не бывал на съемочной площадке — иначе знал бы, что там каждый день случаются битвы почище какого-нибудь Бородина или Аустерлица.

При поддержке Бенедикта мне удалось отстоять свое мнение, и в сценарий добавили диалог между мной и королем о правилах прохода моей «пограничной зоны». Отсняв и эту сцену, Толик объявил, что сил его больше нет, смена закончена, и все могут валить по домам.

У дверей меня поймал консультант и попросил немного задержаться.

— А вас, Штирлиц, я попрошу остаться? — произнесла я кодовую фразу, но он смотрел непонимающе (культового фильма, похоже, не видел).

— Да, — закивал он. — Как я и говорил, у меня есть к вам одна просьба.

— Пропустить кого-то из вашего мира в мой, а потом дать им вернуться обратно? — вообще-то это была шутка.

— Почти, — удивительно, но он несколько смутился. — Здесь в самом деле должен появиться кое-кто, и он, я думаю, лучше объяснит, что именно нам от вас нужно.

Ничего страшного он не произнес, но внезапно меня накрыло самым настоящим паническим приступом: ладони сделались влажными, по спине проползла ледяная змейка ужаса, и вся отпущенная мне природой бойкость куда-то делась: я просто стояла и смотрела на нашего оккультного консультанта. Он тоже смотрел на меня и молчал.

Так прошло несколько мгновений. А потом в углу холла появился прозрачный прямоугольный проем — огромный, почти от пола до потолка.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес Бенедикт, глядя в направлении проема. — Наконец-то. Добро пожаловать, ваше величество.

Я повернулась к новой «двери» почти одновременно с консультантом — как раз вовремя, чтобы увидеть, как сквозь нее проходят двое. Вернее, один тащил другого за плечо, как кот тащит придушенную мышь. Тащил так, словно имел на это полное право.

При этом он был на полголовы ниже своей добычи, и несколько уже в плечах. Это я определила на первый взгляд. А в следующий миг поняла, что от этого невидного господина фонит опасностью, будто радиацией от неисправного атомного реактора. В жизни не встречала настолько невыразительных мужиков, по которым так отчетливо понятно было бы, как они опасны для окружающих.

Второй посетитель был плох — на это понимание хватило даже моих невеликих познаний в медицине. Высоченный, какой-то истощенный носатый брюнет смотрел исподлобья, едва стоял на ногах и вид имел измученный. Правда, никаких внешних повреждений на нем заметно не было, только горло и запястья перетягивали слабо мерцающие, вроде бы металлические, ленты.