Книга Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников, страница 18 – Диана Фурсова

— Совет много чего решает. Не всё оказывается правдой.

Мира медленно подняла голову.

— А если правда хуже, чем они говорят?

Элиана обернулась к ней.

— Тогда начнём с того, что назовём её сами. Без их слов.

Она раздала уцелевшие листы из конца журнала. Не задания, не формулы, не проверку дара. Просто чистые страницы.

— Напишите по одному предложению, — сказала она. — Не имя рода. Не уровень силы. Не то, как вас называют в отчётах. Одно предложение о себе, которое вы считаете правдой.

— А если я напишу, что хочу, чтобы вы ушли? — спросил Кай.

— Значит, у нас уже будет честное начало.

— А если я ничего не напишу? — спросила Мира.

— Значит, сегодня это тоже будет ответом.

Лир поднял лист к свету.

— Вы странная.

— За последние сутки это самый мягкий отзыв обо мне.

Они начали писать не сразу. Сначала проверяли её молчание, как проверяют лёд перед первым шагом. Кай долго вертел мелкий обломок пера, Лира что-то шептала брату, Терэн смотрел на пустой лист с таким ужасом, будто тот мог потребовать от него невозможного. Мира вообще не двигалась.

Элиана не торопила.

За дверью кто-то прошёл. Шаги остановились у класса, но не вошли. Элиана почувствовала взгляд сквозь дерево и поняла: их слушают. Может быть, госпожа Морн. Может быть, кто-то другой.

Она не подала вида.

Первым лист принёс Терэн. Он подошёл к столу почти на цыпочках, положил бумагу и хотел сразу отступить, но Элиана мягко сказала:

— Спасибо.

Он посмотрел на неё так, будто это слово было непривычным. Потом поспешил обратно к камину.

На листе неровным почерком было написано:

«Я не хотел, чтобы стена упала».

Элиана не стала спрашивать, какая стена. Не сейчас.

Лир и Лира принесли один лист на двоих. На нём стояло:

«Мы не по отдельности».

Кай бросил свой лист последним. Бумага скользнула по столу и остановилась у самого края.

«Я не жалею».

Элиана прочитала и подняла глаза. Кай смотрел вызывающе, но пальцы на парте были сцеплены слишком крепко.

Мира так и не встала.

— Я не буду писать, — сказала она.

— Хорошо.

— Вы даже не спросите почему?

— Нет.

Мира нахмурилась, словно этот отказ от давления раздражал сильнее требования. Потом вдруг взяла свой лист, медленно разорвала его пополам и положила одну половину на край парты.

— Тогда это вам.

Элиана подошла и взяла обрывок. На нём не было слов. Только тонкая линия, похожая на трещину в стекле. Но стоило ей коснуться бумаги, как в голове на мгновение прозвучал чужой шёпот.

Не ректор закрыл класс.

Его заставили.

Элиана вздрогнула, но удержалась. Мира опустила глаза. Стёкла вокруг перестали дрожать.

— Спасибо, — сказала Элиана так же спокойно, как Терэну.

Дверь резко открылась.

На пороге стояла госпожа Морн, но смотрела она не на детей. За её плечом виднелись двое мужчин в тёмной форме Академии. Один держал в руках новую папку с печатями, второй — связку серебряных ключей. Оба выглядели так, словно вошли в клетку и старались не показывать, что боятся её обитателей.

— Урок окончен, — сказала управляющая. — Леди Верн, вас ждут в канцелярии для подписания правил допуска.

— Урок окончится, когда я его закончу, — ответила Элиана.

В классе стало так тихо, что слышно было, как в камине осыпается пепел.

Госпожа Морн побледнела.

— Здесь так не принято.

— Понимаю. Поэтому начнём менять с малого.