Книга Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка!, страница 46 – Одария Вербенова

— Я ни в чём не виновата, я ничего не крала, — говорю в порыве.

Дракон молча протягивает лапу. Когти, способные раскрошить камень, сейчас двигаются с невероятной осторожностью. Мягкие подушечки коснулись моей талии, и вскоре я оказываюсь полностью заключена в надёжное кольцо мощной драконьей лапы.

Я вдыхаю глубже, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с гулкими ударами драконьего сердца. Дракон слегка присел, а затем мощным толчком взмыл в небо.

Ветер рванул моё платье, а солнце заставило зажмуриться от ослепительного сияния. Страх быстро сменяется восторгом — я лечу! Лечу, сжатая тёплой лапой дракона, ощущая, как подо мной разворачивается величественная панорама города.

Внизу проплывает извилистая река, сверкающая, как серебряная нить. Проносятся красные черепичные крыши, городские сады, превратившиеся в тёмно-зелёные пятна и узкие улочки, где ещё расхаживает праздный народ.

Всё внизу кажется игрушечным, хрупким и безмерно прекрасным.

Теперь я понимаю тех, кто говорит, что только самым счастливым доводилось испытать на себе полёт в лапе дракона.

Его Чешуйчатое Высочество плавно взмахнул крыльями, набирая высоту, и я прижалась к нему чуть сильнее, чувствуя себя одновременно крошечной и всемогущей.

— Что же, — бормочу сама себе, хотя подозреваю, что принц Дарен всё слышит, — это достойная плата за предстоящий неприятный разговор с королём Цинаном…

Наконец вдали замаячили огни — это высокие башни королевского замка, увенчанные золотыми флюгерами, мерцают на солнце. Дракон начал снижаться, и я почувствовала, как сжимается всё внутри: вот-вот начнётся мой допрос.

Приземление оказывается мягким — могучие крылья сделали последний взмах, и когти осторожно коснулись каменной площадки у главных ворот. Чешуя под моими пальцами дрогнула, и в тот же миг облик дракона начал меняться: контуры расплылись, словно отражение в рябой воде, и вот уже передо мной снова стоит принц — удивительно спокойный.

— Мы на месте, — тихо говорит он, протягивая руку. — Король уже ждёт.

Я нерешительно операюсь на его ладонь. Ноги подкашиваются, а в горле стоит ком. Входные двери замка медленно раскрываются, и из проёма показались стражи, выхватив равнодушными взглядами моё испуганное лицо и дрожащие пальцы, всё ещё цепляющиеся за рукав принца.

— Король Цинан уже всё знает? — спрашиваю.

— Не разговаривайте сейчас, — велит принц Дарен, — в замке много гостей, а значит и глаз, и ушей тоже. Для Простушки вы уж больно болтливы порой.

— Мантию невидимку вы мне не предоставили, — отвечаю язвительно, задетая его тоном, и отнимаю свою руку.

— Главное язык за зубами держите.

Мы идём по анфиладе парадных залов — принц впереди, я чуть позади, едва поспевая за его решительным шагом. Высокие сводчатые потолки поглощают звуки, но каждый шаг отдаётся в ушах оглушительно громко.

По сторонам, словно немые стражи, застыли придворные. Взгляды — острые, изучающие — скользят по мне, будто пытаются прочесть тайну в каждом движении, в каждой складке платья, в дрогнувшем уголке губ. Кто-то перешёптывается за веерами, кто-то нарочито отворачивается, но ни один не упускает меня из виду.

Это всё из-за газетных заметок Сиджи, ведь я теперь подозреваюсь в тайном романе с принцем Дареном.

Невольно сжимаю пальцами край рукава, чувствуя, как холодеют кончики пальцев. Стараюсь держать спину прямо, смотреть вперёд, но взгляд то и дело сбивается: то на блик позолоты, то на тень в углу, то на чьё-то непроницаемое лицо.