Книга Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка!, страница 48 – Одария Вербенова

В кабинете повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим поскрипыванием стула, на котором я заёрзала. Бросаю взгляд на окно, где за плотными шторами, сияет вечернее солнце, отбрасывая длинные тени на полированный деревянный стол.

Это проверка или принц Дарен не рассказал отцу о том, что улика, найденная на месте преступления, принадлежит мне, и что тот самый разыскиваемый вор… как будто бы я сама?

Возможно, я закапываю себя ещё глубже, но решаюсь ответить:

— Этот заказ оказался самым сложным в моей практике, Ваше Королевское Величество. Я делаю всё возможное, чтобы оправдать репутацию своей фамилии и «Драконьей метки».

— Поклянитесь, что всё сказанное между нами останется тайным, — в голосе короля жёсткое требование. — Поклянитесь своей головой. Это не просто заказ принца, это заказ Короны.

Перевожу взгляд в сторону принца Дарена. На его лицо набежала лёгкая тень, а серо-зелёные глаза предостерегают меня и призывают соглашаться на сотрудничество.

— Клянусь своей головой, что ни слова не пророню о тайне Короны, — отвечаю уверенно, хотя внутри всё замирает.

Король помолчал, словно взвешивая каждое слово, затем достаёт из выдвижного ящика стола сложенный вчетверо лист пергамента. Бумага выглядит обыденно — ни печати, ни подписи, ни каких либо других отличительных примет.

— Вот, взгляните, — он кладёт этот лист на стол между нами. — Всё началось с того, что мне пришло анонимное письмо. Ни один поисковик королевства Дэй не смог определить, чьей руке принадлежит текст, кто его автор. Ни следов чар, ни отпечатков ауры — словно письмо возникло из пустоты.

Я осторожно беру в руки бумажный лист и разворачиваю его перед своим лицом. Строки выведены ровным, почти каллиграфическим почерком, чернилами глубокого угольного оттенка:

«Ваше Королевское Величество, в Вашем окружении затаился предатель. На ежегодном празднике лета он намерен распылить в воздухе редкую пыльцу с острова Грин королевства Найт. Она мельче пыли, невидима глазу и разносится ветром. Нужно совсем небольшое количество, чтобы отравить весь двор».

— Пыльца с острова Грин… — тихо проговариваю зловещие слова, поднимая взгляд. — Это не просто яд. Она проникает сквозь кожу, оседает в лёгких, вызывает удушье, головокружение, затем судороги, а после…

— Безмолвная смерть, — закончивает король Цинан, сжимая подлокотники кресла. — И самое страшное — эту пыльцу легко проносить в тёмное время суток, ибо ею питаются ночные насекомые, и цветы с ней, защищаясь, стали скрывать ночью её видимость. С наступлением сумерек она просто становится невидимой.

Он откинулся на спинку, взгляд его скользнул к окну, за которым алеющее солнце начинается опускаться к горизонту. После он продолжает:

— Праздник лета двадцать пятого июня, уже через две недели. Будут тысячи гостей, весь двор, послы соседних королевств. Если это правда… — он делает паузу, голос становится жёстче, — то предатель среди тех, кому я доверяю. Среди тех, кто каждый день стоит у моего трона, ходит по коридорам моего замка.

Король Цинан смотрит на меня, почти не моргая, и в его глазах читается не только тревога, но и приказ.

Отец и сын так похожи между собой…

— Я уверен, что за всем этим стоит король королевства Найт, — холодно цедит король Цинан. — Он давно жаждет вернуть Солнечную долину. Считает, что она «незаконно» утрачена его королевством. Полвека назад мой дед продал долину королевству Найт — законно, с подписями, свидетелями, магической фиксацией. Но в договоре есть один пункт, и звучит он как: «…земля не может быть перепродана или передана иному владельцу без согласия королевской семьи Мир». Этот трус хочет аннулировать договор, а для этого ему нужно свергнуть меня. Либо вынудить издать указ об отмене ограничения. Ведь так, леди Злата?