Книга Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка!, страница 56 – Одария Вербенова

Я делаю паузу, чтобы вобрать в лёгкие воздух. Дождь за окном стал тише, только бабушка в дальней комнате сопит, будто комментируя происходящее во сне.

— Не я нарушаю наш уговор. Не я нарушаю дистанцию, не я целую, не я неосторожно демонстрирую метку истинности. Я не звала. И не играла. Но если ты не можешь держать руки при себе — это твоя проблема, а не моя вина.

Он смотрит на меня спокойно. Не сердится.

— Ты права, — шепчет он. — Я сам лезу. Потому что не могу иначе. Потому что каждый раз, когда вижу тебя, мне кажется, что притяжение истинности сильнее моей воли.

— Уходи, — повторяю, но уже без злости, а с ощущением пустоты внутри.

Он кивает, и после действительно уходит, исчезая в тёмном коридоре, пока я стою посреди кухни, прижимая пальцы к губам, слушая его удаляющиеся шаги.

Мне снятся его серо-зелёные глаза, в них глубокая задумчивость и внутренние терзания, о которых принц мне не расскажет наяву. Но я видела всё это на его лице, прежде чем он развернулся и ушёл.

Без слов понятно: он не может избегать меня. Обвиняя меня и говоря колкие вещи, он защищается… Как и защищаюсь я, порой позволяя себе смелую дерзость.

Знаю, что ничего мне за это не будет — чувствую. А он знает, что я не позволю приблизиться к себе тому, кто смотрит на меня свысока. Периолла научила меня не только скромности, но и гордости.

И всё равно… Мне снятся объятия и поцелуи, которые почему-то сменяются жёсткой хваткой на плече, за которое меня трясут, будто я тряпичное чучело.

— Злата, проснись! — слышу сквозь сон, пока меня продолжают трясти. — Злата, ну же!

Я вскочила на кровати, а сердце заколотилось. В бледном свете луны я вижу перед собой Айселу в дневной одежде, с растрёпанными волосами, покрасневшими глазами — широко раскрытыми, как у загнанного зверька.

— Что случилось? — беру сестру за руку. — Ты вся дрожишь. Как ты здесь очутилась посреди ночи⁈

— Не важно. Тебе нужно бежать, Злата. Сейчас же! — Айсела снова вцепилась в моё плечо. — Я весь вечер сидела скрючившись в шкафу, как бабушкин калач с изюмом, столько слёз пролила, так… — она спотыкается, всхлипнув, — так много нового узнала о своей жизни… Но сейчас не об этом. Вставай и одевайся!

Обычно моя сестра не паникёрша. Сейчас же она дышит учащённо, почти незаметно, но чувствуется, как дыхание сбивается. Она прислушивается к каждому звуку внутри дома и сенях, каждому шороху, и её грудь судорожно поднимается, будто она задыхается.

— Я ничего не понимаю… — шепчу растерянно. — Не могу я бежать, меня принц Дарен взял к себе под стражу.

— Ты наверняка знаешь о шкатулке, — прошептала Айсела, в тревоге оглядываясь на закрытую дверь. — Ту, что ищут придворные военные. В ней скрывается страшное… Утром сюда придут военные, и придут они за тобой. Потому что… Потому что Иона Лисичка потрудилась на славу: эту шкатулка уже в твоём доме. Прямо сейчас, пока вы все спите, там проходит обыск. Шкатулка будет обнаружена в твоём доме, Злата! Понимаешь⁈

— Причём здесь Иона? — хмурюсь, всё же на всякий случай принимаясь натягивать на себя платье.

Потому что наш диалог выглядит так, словно я в бреду, словно мне всё это снится. Правда липкие щупальца страха уже тянутся ко мне, норовясь измазать своей противной слизью, что липким потом выступает на моих ладонях и лбу.