Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 16 – Вероника Воронина

Та самая — классическая, будто сошедшая с экранов старых фильмов: на шпильках, с идеально уложенными волосами, алыми губами и в юбке, которая, кажется, существовала вопреки законам здравого смысла и ткани одновременно.

Но сейчас её идеальный образ слегка… треснул. Волосы были растрёпаны. Дыхание сбито. На лице — выражение человека, который только что пережил серьёзное сражение.

Я невольно прищурилась.

— Ну да… сражение, — мысленно хмыкнули мои таркашечки в голове. — Очень даже.

Секретарша резко остановилась, заметила меня и на секунду замерла. Мы посмотрели друг на друга. В её взгляде промелькнуло что-то вроде раздражения… и, возможно, лёгкого разочарования. Похоже, исход “битвы” её не устроил. Она махнула рукой так, будто отмахивалась не от меня, а от всей ситуации в целом, и коротко бросила:

— Заходите. Он вас ждёт.

Тоном человека, которому уже всё равно. И, не дожидаясь ответа, стремительно зашагала прочь по коридору, стуча каблуками с такой решимостью, будто собиралась объявить войну всему отделу кадров. Я проводила её взглядом. Потом перевела взгляд на открытую дверь кабинета. И только после этого осторожно выдохнула.

— Отлично, — прошептала я. — Просто замечательно начинается день.

И шагнула внутрь.

— Мила Орлова. Руководитель направления долгосрочных туров.

— А вы не торопитесь, Мила, — спокойно ответил он. — Присаживайтесь.

Я села, стараясь не думать о том, как именно выгляжу.

— Начнём, — сказал он, активируя панель. — Расскажите, чем именно вы занимаетесь.

Я на секунду замерла. Потом включилась. Работа всегда спасала.

— Моё направление — это долгосрочные маршруты повышенной сложности, — начала я. — В основном это туры за пределами стандартных туристических зон.

Он кивнул.

— Конкретнее.

— Есть три основных категории, — продолжила я, чувствуя, как голос становится увереннее.

Я активировала проекцию, и между нами развернулась карта.

Звёзды, маршруты, линии перелётов.

— Первая — физические экспедиции. Клиенты перемещаются лично. Это дорогой сегмент, требует полной биологической адаптации и высокой подготовки.

Я провела рукой — одна из линий выделилась.

— Такие маршруты включают посещение обитаемых систем, нестабильных планет, иногда — контакт с иными формами жизни.

— Риски? — коротко спросил он.

— Высокие. Но контролируемые.

— Вчерашний маршрут к сверхновой тоже был “контролируемым”?

Я замерла. Вот и всё.

— Это была ошибка в расчётах, — спокойно ответила я, хотя внутри всё сжалось. — Она уже исправлена.

Он не отвёл взгляда.

— Продолжайте.

Я кивнула.

— Вторая категория — дистанционные туры. Перенос сознания в аватар.

Я переключила проекцию. Появились изображения странных миров: кристаллические поверхности, густые атмосферы, чужие формы жизни.

— Используется для экологически закрытых планет или зон с повышенной опасностью. Клиент получает полный сенсорный опыт, но его физическое тело остаётся в безопасности.

— Ограничения?

— Временные. И психологические. Не все выдерживают длительное пребывание вне собственного тела.

Он чуть прищурился.

— И третья категория?

— Наблюдательные маршруты, — ответила я. — В том числе небесные структуры.

Я невольно замялась.

— Именно там произошёл сбой?

— Да.

Пауза. Он смотрел на меня чуть дольше, чем было комфортно.