Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 37 – Вероника Воронина

— Я заметил, — спокойно отозвался директор, даже не оборачиваясь.

Я старалась сосредоточиться, фиксировать детали, но организм всё ещё напоминал о себе: лёгкая тяжесть в голове, странная расфокусировка, слезящиеся глаза.

И в какой-то момент я устало выдохнула.

Вот ещё одна проблема.

Моё тело старое, слишком старое.

Организм из XXI века, который не получил всех тех «улучшений», что давно стали нормой. У меня не было встроенных фильтров, которые защищали дыхательные пути. Не было адаптивного иммунитета, подстраивающегося под новые среды за минуты.

Каждая командировка для меня была… испытанием. Но есть и плюсы — такое происходило только при первом контакте. Все таки те врачи меня знатно подлечили и как-то настроили мой иммунитет. Но вот каждый раз при первом знакомстве иммунитет погружается в новую среды и по максимуму отыгрывается на мне.

Я просто научилась это скрывать.

— Устали? — вдруг спросил директор.

Я чуть вздрогнула.

— Нет, — автоматически ответила я. — Всё в норме.

Он на секунду задержал на мне взгляд, и, кажется, не поверил. Но ничего не сказал.

— Тогда продолжаем, — спокойно произнёс он.

И мы пошли дальше — по розоватым аллеям, под фиолетовым небом, в мире, который был слишком красивым, чтобы быть полностью реальным.

Мы гуляли по парку несколько часов.

Настолько долго, что в какой-то момент я перестала различать отдельные аллеи — всё слилось в единый поток розового света, мягких линий и тихих комментариев директора, который, казалось, не уставал ни на секунду.

Я — уставала.

И это, конечно, не осталось незамеченным.

— К доктору, — коротко сказал он, остановившись у развилки. — А я проверю спа-зону.

Я даже не стала спорить.

— Есть, — тихо ответила я, с облегчением принимая этот приказ.

Редкий случай, когда указание начальства воспринимается как подарок.

Здание медицинского блока находилось чуть в стороне от основного комплекса.

Отдельное. Тихое. Почти… уединённое.

Оно напоминало не столько медицинский центр, сколько место для отдыха: лёгкие, плавные линии, светлый материал стен, будто впитывающий окружающий свет, и огромные стеклянные панели.

Приёмная встретила меня почти полной тишиной.

Одна из стен была полностью прозрачной.

Я опустилась в кресло и… замерла.

Передо мной открывался вид на горы.

Те самые — с белыми снежными шапками, которые казались почти нереальными на фоне фиолетового неба. Свет ложился на склоны мягко, почти бережно, а где-то внизу виднелись розоватые массивы парка, через которые мы совсем недавно проходили.

Я сняла маску. Осторожно вдохнула. Воздух здесь был другим. Отфильтрованным. Чистым.

И, кажется, впервые за весь день я почувствовала, как внутри становится… легче.

Гул в голове начал стихать. Глаза перестали так сильно слезиться.

— Надо же… — тихо пробормотала я.

— Помогает, — раздался голос рядом.

Я обернулась.

Передо мной стоял мужчина.

Высокий, с той самой характерной для эльтирийцев внешностью: кожа с лёгким розоватым оттенком, будто подсвеченная изнутри, плавные, почти идеальные черты лица и глаза — чуть светлее человеческих, с мягким, рассеянным блеском.

Он выглядел… слишком гармонично, как будто его не «родили», а спроектировали с учётом всех эстетических параметров.

— Доктор, — представился он, слегка склонив голову. — Раэн.