Книга Шесть соток волшебства, страница 67 – Юлия Стешенко

Ненавязчиво подталкивая гостью в широкую мягкую спину, Инга вывела ее на улицу и с облегчением захлопнула калитку.

— Ты тут?

— А где же мне еще быть? — вышел из-за кустов сирени Славик. — Полчаса уже тут стою, жду, когда Дашка на судьбу свою горькую наплачется.

— Ты ее знаешь, что ли? — изумилась Инга.

— Отлично знаю. В одной компании класса с восьмого тусовались. Потом я в институт поступил, ребята кто куда разъехались, Дашка вот замуж вышла.

— А мужа ее ты тоже знаешь?

— Вадьку? Естественно. Ты Дашке не верь, она с три короба наплетет. Вадим еще в старших классах подбухивать начал. Нет, мы, конечно, тут все не святые, но одно дело для прикола бутылочку винца всей компанией распить, просто чтобы взрослыми себя почувствовать, и совсем другое — у бати беленькую тырить.

Шагнув к Славику, Инга обняла его за талию, отклоняясь назад, и с удовольствием почувствовала, как ее подхватывают сильные руки. Было в этом что-то удивительно приятное — не думать о том, удержат ли тебя. Захотят ли удерживать. Успеют ли. Просто откинуться назад — и упереться в теплые жесткие ладони.

— Все настолько запущено? — промурлыкала она, плотнее прижимаясь бедрами. — Думаешь, не стоит и пробовать?

— Почему же не стоит? Попробуй. У бабДуни, помнится, получалось. Вадик — он парень, в общем-то, хороший. Только упертый, как осел, и без тормозов совсем — на этом, похоже, и погорел.

— Дашка твоя тоже без тормозов. Хронического алкоголика ребенком перевоспитывать — это ж додуматься надо.

— Во-первых, она не моя. А во-вторых, Дашка никогда умом не блистала. Думала бы мозгами — с Вадимом не связывалась бы. Там же на входе уже все понятно — алкаш сферический в вакууме. Парень четко определил главное удовольствие в жизни, и это точно не воспитание детей.

— А ты… — начала было Инга и осеклась. «А ты хотел бы воспитывать ребенка» — вопрос был уместен, как плясовая на поминках.

— А я тоже определил главное удовольствие, — Славик широко улыбнулся — так, словно и не заметил ее промаха. — Знаешь, какое?

— И какое же? — посмотрела на него снизу вверх Инга.

— Вот это! — утробно рыкнув, Славик подхватил ее на руки и забросил себе на плечо. — Женщины, еда и вино! Вот для чего живет настоящий мужчина!

— У меня нет вина, — болтаясь вниз головой, пискнула Инга.

— Ну вот. Я уже вынужден демпинговать. Ладно, пусть будут женщины и еда. Что ж тут поделать.

Встряхнув Ингу, как мешок картошки, Славик поудобнее перехватил ее и широким шагом направился в дом.

Глава 32 Проблемы бездоказательной медицины

— На море-окияне, на острове Буяне стоит бел-горяч камень Алатырь. Как тот камень не поворотить, так рабу Божьему Вадиму зелено вино не пить, — монотонной скороговоркой шептала Инга, во второй раз обнося церковной свечой плошку с отваром. Тонкие стебли чабреца колыхались в зеленоватой воде, как спящие водяные змеи. — На море-окияне, на острове Буяне стоит бел-горяч камень Алатырь. Как тот камень не поворотить, так рабу Божьему Вадиму зелено вино не пить.

Наклонив свечу, Инга крестообразно капнула в воду растопленным воском. Золотые капли тут же уплотнились и побелели, приобретая вычурную сюрреалистическую форму. Когда упала последняя капля, Инга почувствовала слабый толчок. Что-то незримое, но физически осязаемое покинуло ее, перетекая с расплавленным воском в отвар. Наверное, то же самое должен был чувствовать Гарри Поттер, завершая магические пассы палочкой. Ну или аккумулятор, отдавая заряд телефону.