Книга И в болезни, и в здравии, и на подоконнике, страница 133 – Юлия Стешенко

— Выбирайте место, которое вам нравится, и присаживайтесь.

Только сейчас Делла обратила внимание на экстравагантную обстановку в кабинете. У стены стоял плюшевый диван, усыпанный разноцветными, как монпансье, подушками. Перед столом целителя Бабингтон возвышались два огромных кресла, у стены расположился водяной матрас, а между двух деревьев, растущих из пола и упирающихся кронами в потолок, покачивался гамак.

— Ну? - подтолкнула Стэна Делла. Поглядев на нее дикими глазами, Стэн деревянной походкой прошел к дивану и сел на самый краешек, почти съезжая задницей по плюшу. На щеках у него пылали алые невротические пятна.

Под внимательным взглядом целителя Бабингтон Делла заколебалась. С одной стороны, она обещала сопровождать Стэна в клинику. С другой – общение психомага с пациентом должно носить личный характер, поэтому… Приняв компромиссное решение, Делла уселась на тот же диван, но с противоположной стороны, обеспечив максимальное дистанцирование.

— Меня зовут Миракл Бабингтон. Можно просто целитель, или Миракл, или даже Биби, - улыбнулась Бабингтон. – Так меня тоже называли. Это было забавно. А вы, надо полагать…

— Стэн Паттерсон, - представился Стэн. Он сидел, сложив руки на коленях – ровный, будто линейку проглотил.

— Делайла Ругер, - эхом откликнулась Делла. Она ожидала вопросов о том, почему они приперлись вдвоем, если проблемы были только у одного человека, но Бабингтон снова удивила. Утвердительно колыхнув роскошной гривой волос, она улыбнулась – теперь уже только Стэну.

— Приятно познакомиться. Может, расскажете немного о себе?

— Аааа… Ээээ… Что именно?

У Стэна было лицо человека, который должен срочно припомнить смешной анекдот. То есть совершенно растерянное и дезориентированное.

— Все, что угодно. Просто вываливайте на меня любые факты, которые придут вам в голову. Постепенно мы со всем разберемся, - целитель Бабингтон одарила Стэна еще одной улыбкой, сногсшибательной, как удар битой.

— Ладно. Я Стэн. Паттерсон. Ветеран. Воевал в Афгане. Я не маг. Работаю в Управлении магбезопасности. Играл в хоккей, - Стэн запнулся и покосился на Деллу, словно ожидая подсказки. – Живу с отцом. И у меня есть окоп. Вот.

Бабингтон приняла этот залп как самую естественную в мире вещь.

— Отличное начало. Вы сказали, что играли в хоккей. Значит, сейчас вы не играете?

— Нет. Хотел сходить на игру посмотреть, - Стэн снова оглянулся на Деллу, теперь уже виновато. - Но не получилось.

— Почему?

— Сначала матчи были скучные, потом дела появились. Как-то так.

— Это были очень серьезные дела? – Бабингтон уперлась подбородком в полные мягкие руки.

— Один человек попросил меня о помощи.

— И вы отказались от развлечения, чтобы поддержать ближнего? Это очень благородно. Неужели вы совсем не жалели?

— Жалел, конечно, - смущенно передернул плечами Стэн. – Но я думаю, что дело важнее развлечения.

— Какое же важное дело вы выполняли?

Делла вертела головой, увлеченно наблюдая за этим вербальным пинг-понгом. Бабингтон подхватывала какую-то часть из реплики Стэна, преобразовывала ее в вопрос и возвращала обратно, задавая направление беседе. Реплики были совершенно не значимыми. Бабингтон не интересовали душевные терзания Стэна, его взаимоотношения с родителями и хроника развития эдипова комплекса. Разговор тек словно бы сам собой, легкий и ни к чему не обязывающий. Но через десять минут Стэн рассказал, что постоянно видит кошмары. Сам. Словами. И Бабингтон не использовала пыточные заклинания.