Книга И в болезни, и в здравии, и на подоконнике, страница 96 – Юлия Стешенко

Не ожидавший нападения Стэн опрокинулся, под спиной захрустело стекло, и длинные ряды тепличек обрушились, как домино. Старик навалился на него сверху, осыпая градом беспорядочных ударов. При этом он вонял, как дохлая крыса, и плевался, как верблюд.

— Да уймись ты, старый хрен! – взвыл Стэн, разом теряя уважение к старости. – Делла!

— Нидраа! – прозвучало сверху, и мусорный Архимед, захрапев, обмяк. Стэн спихнул его с себя, брезгливо отирая лицо.

— Фу, блядь! Гадость какая!

Несколькими взмахами палочки Делла очистила его и от слюны, и от грязи, а насыпавшуюся за шиворот землю Стэн вытряхнул сам.

Так что да, он помнил теплицы.

— И какая связь? Мы же все там разнесли.

Они действительно разломали все ящики с землей – и Стэн поразился тому, как приятно что-то крушить, не заботясь о последствиях. Потом Делла погасила магические светильники и просканировала комнату в поисках припрятанных сюрпризов. Но их не было.

— Корни, Стэн. Там оставались корни. И стекло, - Делла показала длинный голубоватый обломок купола.

— Откуда у тебя это дерьмо? Ты что, лазила внутрь? Рехнулась?! – на мгновение Стэн ощутил себя Манкелем и ужаснулся внезапно обнаружившемуся сходству.

— Нет, конечно, - Делла посмотрела на него, как на идиота. – Что я, больная, что ли? Я стекло левитирующим притянула. Вот, кстати, полюбуйся на шоу, - Делла кивнула на подлетающего к зданию голубя. Усики на побегах зашевелились, листья затрепетали. Когда голубь приблизился на расстояние броска, стебель выстрелил, оплел его ажурной зеленой паутиной и потащил в окно. В воздухе закружились белые перья.

Стэна передернуло.

— Бляяядь… Так в чем же мы проебались?

— Не мы, а я. Надо было внимательнее на стекло посмотреть. Там, кроме термоконтроля, воздушные фильтры и подавители роста навешаны были. Судя по всему, наш ебанат новый сорт плотоядного плюща выводил – я его не узнала из-за размеров, подумала, горох или еще какая-то плетучая поебень. В естественной среде эта дрянь до ста футов длиной вырастает, жрет все, что движется, и кислотой плюется. Дедуля создал условия, при которых вьюнок остается компактным и неактивным, но не теряет полезных свойств.

— Это каких же? – заинтересовался Стэн. – Зачищает территорию от голубей и крыс?

— Сок. Его используют в алхимии. Но плотоядный плющ растет только в местах истончения Завесы, а таких на планете не более сотни. Редкая, в общем, штука. Цены на сырье, сам понимаешь, соответствующие: сок плотоядного плюща стоит дороже, чем опий-сырец. Дедуля просто хотел заработать. И, кстати, почти что справился – тепличка получилась годная. Но мы разнесли стекло, растения попали из искусственной атмосферы в естественную и понеслось, - Делла мучительно скривилась и потерла лоб. – Ну вот какого хрена я не додумалась прокалить землю? Поджарила бы корни, и никаких проблем…

— Но ты ведь не знала. К тому же ничего страшного не произошло, пострадал только голубь, - неуверенно возразил Стэн.

— С ума сошел? Это же биологическая угроза во весь рост! Третьего класса как минимум! – завопила Делла, разом теряя свое неестественное спокойствие. Лицо у нее побелело, и веснушки проступили на нем, яркие, как пятна ржавчины. – Для таких случаев есть протоколы! Все осмотреть, все обезвредить, если возникли сомнения – вызвать исследователей. А этом, между прочим, мы! Я должна была разобраться с этим ебучим стеклом! Или хотя бы отвезти его Петеру...