Книга И в болезни, и в здравии, и на подоконнике, страница 93 – Юлия Стешенко

— Еще принести?

— Что? – Стэн удивленно посмотрел на пустую бутылку в руках. – Да, давай.

Деккер принес два пива и тяжело, с кряхтением опустился в кресло.

— Держи. Пойдешь на митинг в субботу?

— Что за митинг? – откупорил бутылку Стэн.

— Клинт Мур, кандидат в сенаторы. Этот еврейский ублюдок опять продвигает закон о запрете оружия. Мы должны выступить и сказать «нет»! Таких хитрожопых засранцев, как Мур, все больше и больше. Они не просто забирают оружие. Они превращают американцев в тупое блеющее стадо, которое идет туда, куда укажет пастух. Если дать еврейским политическим проституткам власть, мы все станем баранами, которых или стригут, или режут! – увлекшийся Деккер размахивал бутылкой так энергично, что пиво выплескивалось на пол. – Уже сейчас белые гетеросексуальные мужчины – это угнетаемая категория. Мы, люди, которые создали эту страну, лишние. Мужество, честь, вера в Америку? К черту этот хлам! Политики строят толерантное общество, которое простит все что угодно, разрешит любую мерзость. Если отдать Америку Муру, он превратит страну в мусорник, населенный подлецами! И у нас не будет оружия, чтобы остановить деградацию!

Механически кивая, Стэн медленно прихлебывал пиво. Он слышал такие прочувствованные речи десятки раз и знал их наизусть. Нет, Деккер во многом был прав: политики действительно были мудаками, оружие было чертовски полезной штукой, а страна, предающая свои идеалы, обречена на гибель. Вот только евреи, геи и трудовые мигранты тут ни при чем. Дело в политике и в экономике, а не в том, кто с кем и какой позе трахается.

Деккера здорово заносило на поворотах, и в такие минуты Стэн ощущал чудовищный испанский стыд, от которого хотелось провалиться сквозь землю – и выйти на поверхность где-нибудь в степях Монголии. Но Деккер был ветераном. Он был инвалидом. И он пытался делать что-то полезное. Поэтому Стэн молчал, кивал и одобрительно хмыкал, когда в речи возникали приглашающие паузы.

— Ну что, пойдешь на митинг? Там много наших будет, поговорим, обсудим вопросы. Эй, парень, нам нужна твоя поддержка! - энтузиазмом Деккера можно было заряжать аварийные генераторы на электропоездах.

Стэн тоскливо вздохнул. В субботу он присмотрел перспективный хоккейный матч и даже зарезервировал два билета. Правда, не заплатил пока, и Делле ничего не сказал, поэтому вроде как и обязательства не возникли.

— Ну, давай, соглашайся! Ты должен выразить свою гражданскую позицию!

Стэн не хотел выражать гражданскую позицию. Он хотел сидеть на трибуне рядом с Деллой, жрать буритос, пить пиво и орать «Шай-бу! Шай-бу!».

— Даже я, ветеран вьетнамской войны, участвую – а ты на сорок лет младше! Ты не можешь отказываться, - уловив сомнения Стэна, Деккер зашел с козырей.

Ну мать же твою.

— Хорошо, уговорил. Пойду, - обреченно согласился Стэн.

Прощай, веселая суббота. Здравствуй, гражданский долг.

— Вот и отлично! - хлопнул ладонями по коленям Деккер. – Я знал, что на тебя можно положиться. И это, того, Стэнни. Мы еще один сбор начинаем. В Тахоме парень в госпитале лежит, вернулся из Ирака без руки. Ну мы и хотим на нормальный протез ему скинуться. Сам знаешь, какое говно по страховке ветеранам ставят. Ты как насчет этого дела?

— Да, конечно, сейчас, - полез в карман за деньгами Стэн. Все равно на матч он не попадает – значит, и деньги не особо нужны. Гребаная вселенная опять уравновесилась.