Книга Небо внизу, страница 137 – Юлия Стешенко

Гладко уложив волосы, она сколола на затылке тугой узел, закрепив его узорными шпильками. Жемчужные серьги, светло-бежевые атласные перчатки… Пожалуй, неплохо. Можно даже сказать, хорошо.

Том уже ждал на веранде – тщательно побритый, с гладко уложенными волосами и в самой лучшей рубашке. От плотного аромата бриолина у Тео зачесалось в носу.

— Ты что, горстями его зачерпывал?

— Так ведь не держатся же! – тоскливо вздохнул Том, приглаживая старательно уложенные волосы. – То там закрутится, то здесь – как у барана.

— Ну и пусть бы закручивались. Тебе идет.

— Правда? – счастливо улыбнулся контрактный. – Но это церковь же… Вот, даже вы гладенько причесались.

Фыркнув, Тео потрогала туго сколотый на затылке узел волос.

— Да, действительно. Это же церковь. Ну что, сразим священника нашими совершенными прическами?

В храме пречистого огня Тео не была ни разу. Она прочитала все, что нашла, о традициях, отрепетировала перед зеркалом молитвенный жест: провести руками у лица, дохнуть в сложенные лодочкой ладони и раскрыть их навстречу небу. Предполагалась, что таким образом верующий очищается от темных мыслей и греховных чувств, отправляя их в священное пламя.

«На утилизацию», – каждый раз подсказывал ехидный голосок внутри Тео, когда она, стоя у зеркала, складывала и раскладывала руки.

Но одно дело домашние тренировки и совсем другое – личное исполнение. Трудности начались уже на подходе. Прихожане, вознося первую молитву пречистому огню, останавливались за несколько футов до входа. Но где именно?

Приближаясь к храму, Тео постепенно замедляла шаги, судорожно прикидывая расстояние. Здесь? Или еще ближе? А может, она проскочила нужное место?

Замешкавшийся сзади контрактный неловко толкнул ее плечом, обернулся – и оказался впереди.

— Простите, госпожа Теодора, я задумался, – покаянно склонил голову Том и тут же, сделав пару шагов, вскинул ладони к лицу. Выдохнув с облегчением, Тео сделала те же два шага, скопировала жест и пошла за контрактным, в точности повторяя: склонила голову у ступеней, снова обмахнула ладонями лицо на пороге, пробормотала: «Очисти меня, священное пламя», и только после этого вошла в храм.

Проникающий через витражные окна свет окрашивал зал в золотой и красный. Сводчатый потолок, возносящийся вверх, был расписан устремляющимися к небу языками пламени, которые, кажется, трепетали, и Тео не могла понять, это просто визуальное искажение или все-таки магия.

Изображений святых в храме не было, сакральных символов тоже. Только перед алтарем горел, лениво покачиваясь, небольшой огонек. Он поднимался над пустой серебряной чашей, как золотисто-рыжий цветок, опадал и снова поднимался, покачиваясь, словно в сомнамбулическом танце. Ни дыма, ни характерного кисловатого запаха сгорающего газа Тео не чувствовала.

— Приветствую вас, госпожа Дюваль, – из полумрака перед алтарем вышел предстоятель. Это был невысокий лысоватый мужчина с очень домашним, совершенно несолидным животиком, больше похожий на усталого бухгалтера, чем на священника. Ритуальное алое облачение с бегущими по подолу языками пламени висело на нем мешком, а рукава были подвернуты.

— Добрый день, предстоятель Валле, – поприветствовала священника Тео, а Том, шагнув вперед, склонился в поклоне. Предстоятель взмахнул ладонями над его головой: