Книга Небо внизу, страница 30 – Юлия Стешенко

— Много птенцов было? – подобрала нейтральный вопрос Тео, мысленно скрестив пальцы на удачу.

— Три, – контрактный все еще выглядывал в окно, провожая взглядом убегающие назад дома. – Потом, правда, один птенец из гнезда выпал, его кошка сожрала. А остальные – нормально. Оперились, потом вылетать начали. Вы птенчиков ласточки видели когда-нибудь? – спросил он.

Контрактный. Спросил. Про птенчиков.

Ошеломленная неожиданным успехом, Теодора мысленно дорисовала себе десяток баллов в квесте «Завоюй среди местных союзника».

— Ни разу не видела, – мгновенно соврала она.

Хотя почему, собственно, соврала? Вживую действительно не видела. А сериалы на Animal Planet – это несчитово.

— Они крохотные, где-то с палец длиной. А рты здоровенные, как печные трубы. И желтые вот тут, – быстрым жестом контрактный обозначил на лице что-то по типу улыбки Джокера. – Когда птенцы жрать хотят, то орут и рты разевают. Для родителей это прям как мишени. Бросают мух прямо в желтый круг, – он дернул губами, а в серых глазах вспыхнули искорки смеха. Тео охотно поддержала его, расхохотавшись, – и контрактный, неловко дернув плечами, все-таки отважился улыбнуться.

— Они забавные. Птенцы. Может, на вашем доме тоже гнездо есть. Тогда сами посмотрите.

— Подъезжаем, – подал голос извозчик. Экипаж повернул, проехал еще немного, углубляясь в прозрачную тень молодых сосен, и остановился перед невысоким чистеньким домиком. Он белел среди зеленых лужаек, словно кубик сахара-рафинада.

— Апельсиновая улица, дом двадцать три, – объявил извозчик.

— Какое странное название, – чтобы выбраться наружу, Теодоре пришлось опереться на руку контрактного. Ноги от неподвижного сидения затекли, и коленки предательски пытались выгнуться в обратную сторону. – Почему Апельсиновая улица? Здесь же только сосны растут.

— Может, раньше апельсиновые деревья были, – высказал предположение внезапно разговорившийся контрактный. Он все еще поддерживал Тео под локоть, и рука у него была жесткая, как стальные перила. – Сосны совсем молоденькие, их высадили лет десять назад.

— О. Понятно, – Тео окинула взглядом пушистые колючие метелки. – Жаль. Я бы оставила апельсины.

— Это да. Они вкусные…

— А шишки – не очень.

Контрактный недоуменно нахмурился, потом сообразил – и коротко улыбнулся немудреной шутке.

Томас, почему-то вспомнила Теодора. Его зовут Томас. Том Макбрайд.

— Госпожа! Госпожа Теодора! – от дома уже спешил, опираясь на трость, крохотный старичок. Подхваченные ветром, реденькие седые волосы плыли над ним, как пух над одуванчиком. – Вот ваш ключ. Госпожа Альбертина мне написала – я все подготовил! Уборка, продукты, привез баллон газа – дом ждет вас!

Доковыляв до калитки, коричневой птичьей лапкой он протянул Теодоре ключ.

— Позвольте, я вас провожу, – бесцеремонно отпихнув контрактного в сторону, дедуля-одуванчик стремительно просочился в экипаж. – Тут всего два поворота, но кто знает, чего ожидать от этих наемных извозчиков? Я бы никогда не доверил свою жизнь и имущество случайному человеку. Как вы добрались? В целости и благополучии, без огорчений? Я так рад, так рад, – дробно закивал он, не дожидаясь ответа. – Ну что же ты стоишь, недотепа? Трогай! – он стукнул в оконце полированной рукоятью трости.

Извозчик хлестнул лошадей. Застывший в изумлении контрактный, захлопнув рот, бросился следом. В несколько длинных прыжков догнав экипаж, он ухватился за поручень и рывком подтянулся. Салон качнуло на рессорах, и в следующую секунду рядом с извозчиком появилась еще одна спина.