Книга Зажмурься и прыгай, страница 109 – Юлия Стешенко

Яська думала, что это невозможно…. Но кто сказал, что Яська права? Конечно, Тадек любит играть со Збышеком — но любит он именно что играть. А физические упражнения — штука утомительная и малоприятная. Даже для взрослого, а Тадек — больной, слабосильный ребенок, к тому же донельзя занеженный.

Автоматически врубая на перекрестках поворотники, Збышек вел машину, почти не замечая улиц. И прокручивал в голове мотивационную речь. Достаточно агрессивную, чтобы Тадек проникся, но жизнерадостную и оптимистичную — чтобы не испугался.

Когда за деревьями мелькнула знакомая красная крыша, речь была совершенно готова. В ней Збышек апеллировал к величайшим героям современности — Метеору, Человеку-из-Стали и Крушителю. Если даже они постоянно тренируются, то обычным мальчикам сам бог велел! Работай над собой, не бойся трудностей, двигайся вперед, бла-бла-бла. Ноль смысла, максимум эмоций.

Повторяя про себя основные тезисы, Збышек поднялся по узкой темной лестнице, вошел в квартиру и немедленно попал в объятия Тадека.

— Зб-б-б-бышек! — мальчишка захлебывался эмоциями, как утопающий — речной водой. — Я жд-д-д-дал!

— Я тоже ждал, — почти не соврал Збышек. Потому что ждал он совсем не так, как Тадек… но ведь ждал же! — Слушай, я хотел с тобой поговорить. Как мужчина с мужчиной.

— Т-ты уезж-ж-жаешь? — мгновенно белея лицом, выдавил Тадек. — У т-тебя д-д-д-дела? Вз-з-з-рослые д-дела?

— Что? Нет! — Збышек, не ожидавший такой вспышки паники, сделал единственное, что мог — обнял мальчика, ободрительно похлопывая ладонью по узкой спине. — Я не уезжаю. Наоборот. Я хочу приезжать к тебе каждый день.

Тадек отстранился, запрокинул лицо, на котором, кажется, остались только глаза — огромные, влажные от слез, неверящие.

— П-п-правда?

— Да. Правда. Я нашел в журнале специальные упражнения — для людей с такой же болезнью, как у тебя. И подумал, что мы могли бы эти упражнения выполнять. Каждый день, как зарядку, — заготовленная речь летела в задницу, наращивая скорость, но поделать с этим Збышек ничего не мог.

— С т-тобой?

— Конечно, со мной. Каждому спортсмену нужен тренер, — дипломатично польстил Збышек. — Но это серьезная, ответственная работа. Заниматься будем регулярно, без пропусков. Если ты хочешь добиться результата…

— Д-да! — не дал ему договорить Тадек.

— Что — да?

— Хочу! С т-тобой! — Тадек, кажется, услышал только это — и был полностью поглощен открывшимися перспективами. — К-каждый д-день!

Такое бездумное, безоговорочное согласие немного пугало, но Збышек, почуяв успех, не стал тормозить.

— Значит, договорились. Но чур не филонить!

Дом у Збышека был роскошный. Огромный, в два этажа, он презрительно таращился на подъездную дорожку десятком окон, надраенных до зеркального блеска. И вряд ли их отмывала пани Богуцкая.

Лесь, выбравшись из новенькой тачки Збышека, остановился, с интересом оглядываясь. По обе стороны от дома тянулись ряды выстриженных шарами и прямоугольниками кустов, между которыми буйно цвели розы. Кусты, вероятно, тоже не пани Богуцкая стригла.

— Пошли, — Збышек, небрежно махнув рукой, быстрым шагом направился к длинной веранде. Черепичную крышу над ней поддерживали изящные белые колонны — совсем как в гребаном королевском дворце. Точно такая же веранда — или это уже балкон? — тянулась вдоль второго этажа. И тоже, мать ее, с колоннами.