Книга Зажмурься и прыгай, страница 31 – Юлия Стешенко

Ужин промелькнул как не бывало. Яся ела, не ощущая вкуса, и с отстраненным удивлением наблюдала, как стремительно уничтожают пищу парни. Словно комбайны, выкашивающие фермерское поле. Особенно впечатлял Збышек — одной картофелины ему хватало на два укуса. Раз — и нет половины. Два — и нет другой.

Теперь Ясе придется их кормить. Так же, как мама кормит папу. Готовить завтраки, обеды и ужины, готовить на праздники, запоминать, у кого какие любимые блюда… Хотя она и так знает. У Збышека телячьи отбивные с картошкой и овощным салатом, у Леся — запеченная курица.

— Яська! — выдернул ее из задумчивости Збышек. — Не сиди! Ешь.

— Да, конечно, — Яся тыкнула вилкой в пересушенную шпикачку. Есть не хотелось совершенно, хотелось закрыть глаза и исчезнуть… Но Збышек смотрел тревожным внимательным взглядом, и Яся начала послушно жевать.

Пока она вяло отмывала посуду, натирая ее остатками соды из банки, мальчики действительно сдвинули мебель и притащили диван. Разложенный, он занял узенькое пространство кухоньки, упершись одной стороной в шкаф, а другой — в ящик с поленьями.

— Я лягу с этой стороны, — тут же указал пальцем Лесь. — Буду ночью дрова подбрасывать.

— А ты проснешься? — усомнился Збышек. Он сидел на стуле, неспешно расшнуровывая ботинки, и выглядел совершенно равнодушным. Только уши предательски розовели, и пылал румянец на скулах.

— Ну дома же просыпаюсь, — Лесь стянул джемпер, оставшись в застиранной, аккуратно зашитой вдоль плеча футболке. Под тонкой тканью просвечивал сухой рельеф мышц. — Эх, помыться бы… Но это уже завтра.

— Да, завтра, — Яся решительно сняла кофту и повесила ее на спинку стула. — Так куда мне ложиться?

— Куда хочешь, — пожал плечами Лесь. — Можешь по центру, можешь с того края.

— Нет. Не надо с того края, — Збышек, встав, тоже снял рубашку. Майка выразительно обтягивала широченные плечи и грудь. Яся, осознав, куда смотрит, быстро отвела глаза. — Если я повернусь во сне, я же тебя в шкаф впечатаю. Ложись лучше в центре.

— Тогда вы меня оба… впечатывать будете.

— Зато ты толкаться сможешь. И мы будем отодвигаться.

— Ага. Отодвинетесь вы, как же…

Яся, тихонько вздохнув, полезла на импровизированную кровать. Диван от каждого движения скрипел, внутри что-то дрожало и раскачивалось. Наполнитель, сбившийся в каменной твердости комки, перекатывался под ладонями, словно теннисные шарики. Или это не наполнитель? Что может перекатываться в диване?

Запретив себе думать об этом, Яся легла на спину, целомудренно сложив на груди руки.

— Может, тебе свечку дать? — не удержался Збышек. — И челюсть подвязать, чтобы не отваливалась?

— Да иди ты, — буркнула Яся, но все-таки перевернулась набок — лицом туда, куда ляжет Лесь. Сзади оглушительно скрипнуло, диван, качнувшись, прогнулся. Збышек, обрушив на это безрадостное ложе весь свой центнер веса, смущенно затих.

— Черт. Надеюсь, эта хреновина под нами не сломается.

— Надейся-надейся, — хмыкнул Лесь и выключил свет. В чернильной темноте безлунной ночи прозвучали шаги, и рядом с Ясей опустилось второе тело. — Господи, хорошо-то как… — простонал Лесь, вытягиваясь. — А вы, придурки, не хотели постельное белье брать. Там все есть, ничего не надо… — передразнил он Ясю. — А я говорил, что все будет сырое и мерзкое!