Книга Жестокая игра. Истинная под прицелом, страница 52 – Майя Фар

Марен молчала, тогда я спросила:

— А можно дать ему ещё?

Марен развела руками:

— У меня больше нет.

Почему так легко оборвать жизнь, а вернуть её, всегда гораздо тяжелее? Ведь сколько лет требуется, чтобы вырастить человека? А оборвать жизнь можно за одно мгновение. Это так страшно…

Но и через несколько часов Теон так и не пришёл в себя.

Чтобы немного успокоиться, я стала думать о том, как бы построить дом для того, чтобы разместить остальных. И сама не заметила, как, то ли уснула, то ли перешла ту грань, где ты не можешь определить разницу между сном и явью.

Там снова была бабушка.

Я прижалась к ней, как будто бы я снова стала маленькая и пожаловалась:

— Я не знаю, что мне делать.

Она вздохнула, погладила меня по голове, и рука у неё была ровно такая, как я и помнила, сухая и тёплая:

— Если ты готова к тому, что жизнь твоя будет связана с ним… — и я сразу поняла, что она говорит про Теона, — то ты можешь его спасти.

— Каким образом? — спросила я.

— Магия в твоей крови воздействует на него.

— Я могу воздействовать на него магией?

Бабушка…нет, это уже была богиня, и она, покачав головой, произнесла:

— Нет. Магия в твоей крови — это и есть то лекарство, которое излечит его.

— Постой, — наконец-то мне стал понятен смысл её слов, —нужно дать ему моей крови?

— Да, — коротко ответила богиня

— А что ты говорила про связанность?

— Когда ты дашь ему своей крови, метка на твоей руке снова проснётся, и он на неё откликнется.

— Постой. Но ведь… Айрин не была его истинной парой.

Вдруг бабушка совсем перестала быть похожа на саму себя, и в её глазах я увидела печаль, и была эта печаль велика будто вечность.

— Люди, — сказала богиня. — Вам вечно нужно подтверждение. Если ты, зная, что будешь связана с тем, кто чуть было тебя не убил, всё равно сумеешь эту жизнь ему спасти, отдав часть себя, так и рождается истинность.

Она замолчала, и спустя несколько долгих мгновений произнесла:

— Подумай, нужно ли это тебе?

— А что будет, если я этого не сделаю? — спросила я.

— Он умрёт… И, если ты захочешь, я найду тебе нового защитника.

«Как это страшно, — подумала я. — Решать, кому жить, а кому умирать.»

— Спасибо, — склонила я голову перед богиней.

И снова увидела бабушку.

Подошла к ней и обняла её, так, как обнимала её в детстве, но я вдруг поняла, что я стала большая, а она была такая маленькая, хрупкая, а даже забыла, какая она была.

— Спасибо, бабуля, — сказала я.

— Внученька, — ответила она. — Я уверена, ты примешь правильное решение.

Я открыла глаза.

Передо мной сидела Марен. Увидев, что я проснулась, она сказала:

— Айрин, я ничего не могу сделать, он уходит.

— Я могу, — сказала я. — Я говорила с богиней, мне нужен нож, чистый, — и я показала запястье.

Марен протянула мне специальный нож, который она использовала для проведения операций.

— Не бойся, он из сплава, на котором нет грязи, — сказала она.

И я осторожно сделала надрез в районе запястья и поднесла эту руку к губам лежавшего на лежанке Теона.

Кровь шла, но он никак не реагировал.

Тогда я стала его трясти:

— Слышишь? Ты слышишь⁈ Давай, пей! Просыпайся! Давай, пей! Живи!

И вдруг я почувствовала, его зубы, на какой-то миг стало больно, и появилось желание отнять руку, но Теон уже схватил руками мою руку и начал пить. И вот что удивительно, больше мне не было больно, наоборот, я испытывала чувство, сравнимое с чувством счастья.