Книга Жестокая игра. Истинная под прицелом, страница 59 – Майя Фар

— Ты не пустила меня за собой, — сказал он, и от этого упрёка что-то дрогнуло у меня внутри, и захотелось взять и пожаловаться ему на Дарга, на то, что тот сотворил.

Но тут мой взгляд упал на его руки, и я заметила, что у него кулаки разбиты в кровь.

— Ты дрался? — спросила я, но сразу же пришло понимание, что это он пытался войти в лес, но у леса был мой приказ, никого не пускать.

— Ты не должна уходить от меня, я должен всегда тебя видеть, — произнёс Теон и, сделав шаг ко мне, он схватил меня за плечи, зарылся лицом в мои волосы и резко вдохнул.

Теон прижал меня к себе, и я тоже вдохнула, от него пахло огнём и железом.

«Это запах дракона, — всплыло в памяти, — неужели дракон просыпается?»

От осознания того, что Теон всё вспомнит прямо сейчас, у меня даже ослабли ноги, настолько мне стало страшно.

— Отпусти меня, — сказала я, еле сдержавшись, чтобы не назвать его по имени.

— Почему мне кажется, что я тебя знаю? — Теон так и продолжал меня прижимать к себе, как будто бы не слышал того, что я говорю. — Пока я тебя не увидел, всё было ясно и понятно, у меня было то маленькое прошлое, которое я получил, придя в себя на невольничьем рынке.

Теон вдруг отодвинул меня так, чтобы ему стало видно моё лицо, и наклонившись так низко, что его глаза стали напротив моих, добавил:

— Теперь же я вижу, что моё прошлое гораздо больше, и меня мучает эта мысль, потому что я никак не могу вспомнить.

Я же просто молча смотрела на него, понимая, что бессмысленно что-либо ему рассказывать, если ему суждено вспомнить, он вспомнит.

Я молчала, а сердце моё стучало так, что мне казалось, его удары слышны всем, Теон ещё раз прижал меня, и отпустил.

* * *

Уже на подходе к домикам, нам навстречу вышли все, кто теперь здесь жил, и я не стала тянуть, рассказала всем, что я видела в лесу, про Даргона и его мёртвое воинство.

На Кейлана было страшно смотреть, он словно в один момент постарел, тёмные тени появились под глазами, стали видны морщины, и лицо его стало настолько бледным, как будто бы из него в один момент ушла жизнь. Марен выглядела не лучше.

— В этом есть и моя вина— сокрушался Кейлан, — я не должен был оставлять их, надо было постараться увести остальных, я же видел, что Дарг сходит с ума.

— Не кори себя, Кейлан, — сказала я. — Возможно, всё ещё можно поправить.

Я не стала обнадёживать всех, рассказывая, что ощутила мысли богини, вдруг это лишь мои домыслы, но надежду мне хотелось им дать.

— На рассвете мы пойдём в поселение, — предложила я, и, глядя на решительные лица друзей, поняла, что никто не откажется.

Айрин

Кейлан и Рамис готовы были идти прямо сейчас, ночью, но мне удалось их убедить, что нет смысла перемещаться в темноте. Тем более что я не знала, как Даргон встретит нас после того, как был вынужден бежать из леса.

Что любопытно, на мою сторону встал Теон.

— Айрин права, — сказал он спокойно. — Ночью мы больше рискуем, а утром, со светом, может у нас и будет преимущества темноты, но зато, если люди живы, нам не придётся их будить.

Кейлан нахмурился, но кивнул.

— Хорошо, тогда на рассвете выходим.

Я, Марен и Теон, который наотрез отказался покидать наш дом, остались втроём. Я уже смирилась с тем, что он теперь жил вместе с нами, и спал в кухне.

И хотя богиню я не слышала, как будто она устранилась, предоставив мне полную свободу действий, я и сама чувствовала, что ничего плохого он мне не сделает.