Книга Эхо твоих мыслей, страница 17 – Селестина Даро

— Его Величество прислал меня, чтобы помочь вам вымыться и одеться, — в отличие от остальных увиденных мной здесь серокожих фейри, у этой были не прямые, а кудрявые волосы.

Я встала, чуть смяв простынь цвета обсидиана. Видимо, король был зациклен на черном цвете, вся комната была обставлена в темных оттенках. И если раньше я бы завыла от восторга, то сейчас, после увиденного, кажется, во мне что-то сломалось.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я у служанки.

— Вирджиния, моя госпожа, — она вновь поклонилась.

— О, а можно тебя называть Джинни? Просто нас обеих можно было бы так называть, и я подумала, что это забавно…

«Хм, а мне ты не разрешила», — хмыкнул Рис.

«Это имя для подружек», — я чуть не подавилась смешком.

«Хм».

Служанка побелела.

— Ладно, ладно, я поняла, видимо, нельзя, — быстро добавила я.

Вирджиния опустила глаза в пол.

— А сколько я пролежала здесь?

— Всего день, госпожа. Разрешите, я приготовлю вам платье?

Я кивнула. Каждая девочка мечтает стать принцессой. А я в детстве мечтала стать волшебницей. Возможно, сейчас я получила и то, и другое, но не совсем так, как представляла это. Скорее, совсем не так.

Вирджиния приготовила мне платье из блестящего черного материала, по покрою похожее на те, что я видела на фейри внизу: такое же бесстыдно открытое. Затем она прошла в комнату, прилегающую к этой, и я услышала шум воды. В спальню проник душный аромат лилий.

Я не стала дожидаться, пока наполнится ванна, и попросила Вирджинию оставить меня. Но она опять сделала испуганные глаза.

— Ладно, стой тут, но мыться я буду сама, договорились?

Вирджиния сглотнула, зажмурила глаза и кивнула.

— Джин, — я все-таки рискнула назвать ее так, — а ты можешь сказать мне, почему твоя кожа отличается от моей по цвету? Почему я не такая, как вы?

— М-мы разные. Вы не дрен, госпожа. Вы живете.

— Твои слова для меня — словно загадки, — нехотя упрекнула ее я.

— Мы принадлежим королю, — сообщила она.

— То есть, вы рабы? — ужаснулась я.

— Нет, мы получаем жалование.

— Но разве не все подданные в любом королевстве принадлежат королю? — не поняла я.

Вирджиния отвела взгляд.

— А филактерий, который у короля, что это такое? Что это за жидкость я выпила? — попробовала я сменить тему, но Вирджиния только больше испугалась.

— Это б-бесмертие, — заикаясь, выговорила она.

— Это я и так уже поняла, — показала я ей на свои уши.

И ощутила в этот момент тревогу Риса.

— Куда ты меня сейчас поведешь? — я еле набралась смелости задать этот вопрос. Мое тело даже в горячей воде мгновенно покрылось мурашками.

— Обед в вашу честь, госпожа.

Вирджиния подала мне черный, как ночь, халат, и я завернулась в него. В этот момент я поняла, что меня напрягает: вокруг звенела тишина. За окном не пели птицы, из-за двери не было слышно жизни замка. Все притихли, как мышки. В воздухе витал запах страха. Я решила для себя, что не буду показывать свой страх королю.

Я снизила голос до шепота.

— А в чем провинилась… А за что король… — я не знала, как спросить.

— Нужно быть сумасшедшей, чтобы сунуться к урду в Аркону. Я даже не знала, что они могут делать это с дрен… Никто не знал, — Вирджиния знала, что меня интересует.

Она ещё сильнее разгладила мои прямые волосы и закрепила поверх гранатово-красную корону из меди, на которой россыпью лежали черные бриллианты, словно ягоды бузины.