Книга Крепостная с секретом. Стиральный переворот, страница 148 – Александра Каплунова

Может, и правда только благодарность выразить желает, признав мои труды? На это надежда теплилась. Только вот сама я в таковую барскую милость не верила. Но и отказаться от приглашения было нельзя.

На следующий день я надела самое лучшее платье, что у меня имелось — синее, из тонкой шерсти, с аккуратным белым воротничком, которое справила себе на первое жалованье. Волосы, обычно заплетенные в простую косу, уложила в узел на затылке. Так приличнее было и строже выглядело. Пусть бы и под платком не видно было, но мне так ощущалось увереннее.

В барский дом я пришла за четверть часа до назначенного срока — опаздывать на встречу с барыней было бы верхом неприличия. Меня провели в переднюю, где я ждала еще минут десять, разглядывая свое отражение в большом зеркале у стены.

Наконец, горничная вернулась и проводила меня в малую гостиную, где уже находилась Анна Павловна. К моему удивлению, с ней был и Фридрих Карлович. Он стоял у окна, глядя в сад, но обернулся при моем появлении.

— А, Дарья, — Анна Павловна приподнялась в кресле, делая изящный жест рукой. — Входи, не стой в дверях.

Я сделала книксен — неглубокий, но почтительный. Не поклон, как обычно делали крестьяне, но с уважением. Подглядела у местной домашней прислуги, что стояли на ступеньку выше сельских крестьян.

— Здравствуйте, Анна Павловна. Фридрих Карлович, — кивнула я им.

— Присаживайся, — барыня указала на стул напротив себя. На мой “непоклон” она, кажется, не обратила внимания. — Не бойся, я не кусаюсь.

В ее тоне была странная смесь снисходительности и... чего-то иного. Не понять было, дружелюбна она или нет.

Я осторожно присела на край стула, держа спину прямо, как научила меня когда-то Виталина. “Сиди как госпожа, — говорила она, — и никто не усомнится, что ты достойна уважения”.

— Чаю? — предложила барыня, кивнув на сервированный столик рядом.

— Благодарю, — отозвалась я, не зная, как вести себя в этой непривычной обстановке.

Фридрих Карлович подошел и сел в кресло сбоку, образуя с нами треугольник. Выглядел он необычно напряженным, время от времени поглядывая на барыню, словно ожидая от нее чего-то. Это напряжение невольно передавалось и мне, как бы я ни старалась его отогнать.

— Итак, Дарья, — начала Анна Павловна, отпив глоток чая из тонкой фарфоровой чашки. — Я наблюдала за твоей работой в имении последние недели. Наблюдала... издалека.

Я молчала, ожидая продолжения. Сердечко мое постукивало в груди чуток чаще, чем то требловалось.

— Должна признать, — продолжила она, слегка наклонив голову, — что твои... способности и усердие принесли немалую пользу нашему имению. Мельница работает исправно, прачечная преобразилась. Насколько я слышала, урожай в этом году обещает быть обильным — отчасти благодаря твоим улучшениям для сельскохозяйственных работ.

Да, я немного доработала плуги и подсказала как сделать налог скарификатора, чтобы сподручнее было рыхлить землю на полях. Не думала, что барыня сие заметит.

— Я рада, что могу быть полезной, — ответила я осторожно.

Анна Павловна улыбнулась, но улыбка касалась только ее губ, не достигая глаз.

— Я думаю, ты понимаешь, Дарья, что твое положение в имении... необычно, — она отставила чашку. — Крепостная, которая выполняет работу, достойную образованного инженера. А быть может даже помещика. Это заставило меня... пересмотреть свой взгляд на тебя.