Книга Крепостная с секретом. Стиральный переворот, страница 197 – Александра Каплунова

Я дрогнула. Так в этом все дело? Зависть? Шаховских и Александр пересекались друг с другом на службе?

Он вдруг повернулся всем телом ко мне, придвинулся ближе, поднял руку и провел пальцем по моей щеке, там, где остался след от его удара. Я отшатнулась.

— Уже через пару часов ты будешь госпожой Шаховской, — промурлыкал он многообещающе. — Смирись с этим. И кто знает, может, если будешь хорошей, послушной женой, я даже позволю тебе получить немного той свободы, о которой ты мечтаешь.

Его взгляд скользнул вниз. Я проследила за ним и заметила шнурок, что чуть показался из кармана моего платья.

— Что тут у нас? — он достал мешочек с деньгами, который дал мне Александр. — Ого, довольно щедро для беглой крепостной.

Его пальцы нащупали что-то еще.

— А это что?..

Он вытащил часы — те самые, что подарил мне Александр перед отъездом из имения. Шаховский раскрыл их и увидел гравировку.

— Занятнейшая вещица! Какая, однако изящная гравировка. — он захлопнул крышку и спрятал часы в карман своего сюртука. — Мне нравится.

— Верните! — я снова полезла на него, но моя борьба напоминала скорее трепыхание рыбы на суше. — Это мое!

— Уже нет, — спокойно ответил он, перехватывая мои руки. — Жена и все, что ей принадлежит, становится собственностью мужа. Первый урок, который тебе стоит усвоить.

Он продолжал обыскивать мои карманы, но я едва сдерживала горькую усмешку — главное он не нашел. Документы спрятаны под подолом. Туда Шаховский лезть не посмел даже при всей своей наглости.

Пока что.

Горькая мысль осела отчаянным страхом.

— Ничего больше? — он нахмурился, ощупывая края карманов. — Где твои документы?

Я молча смотрела в окно.

— Я спрашиваю, где документы? — его голос стал жестче. — Те, что Александр выкупил у стряпчего. Вольная и метрика. Где они?

— Не знаю, о чем вы.

Его лицо исказила гримаса ярости. Он схватил меня за плечи и встряхнул.

— Не играй со мной, девчонка! Я знаю, что они у тебя. Мои люди все выяснили.

— Они остались в доме Анны Павловны, — солгала я, глядя ему прямо в глаза. — Теперь у вас ничего не получится.

Шаховский выругался сквозь зубы.

— Что ж, не проблема, — он откинулся на спинку кареты.

Не проблема. Конечно, когда все уже куплено, можно вписать имена и без документов, просто со слов.

— Придется послать за ними после венчания, — задумчиво протянул он. — Впрочем, это несущественно. Через час ты станешь моей женой, с документами или без. Запись об этом занесут в приходскую книгу и передадут, куда надо.

Весь оставшийся путь я просидела, отвернувшись к окну. Больше не пыталась вырваться или спорить. Нужно было беречь силы и выжидать момента. Может быть, в церкви будет шанс. Священник — все-таки духовное лицо. Может, если прямо сказать ему, что меня принуждают...

Деревья за окном росли все теснее, дорога сужалась и шла через бездорожье. Мы въехали в какую-то глушь. Карета замедлилась, колеса с трудом преодолевали размытую дождями колею.

— Скоро приедем, — сообщил Шаховский, внезапно поправляя галстук и приглаживая волосы. — Надеюсь, ты готова стать моей женой, Дарья Викторовна?

Я промолчала. Еще чего.

— Я спрашиваю, готова ли ты? — снова спросил он, на сей раз добавив нарочито язвительных ноток. — Отвечай, когда к тебе обращаются.

— Нет, — бросила тихо и зло. — Не готова и никогда не буду готова.