Книга В пирогах Счастье, страница 103 – Александра Каплунова

Она была не сильно старше меня. А если б за собой ухаживала, да на алкоголь не налегала, то и младше могла б оказаться.

Хотя про алкоголь мне ли говорить, сам еще не так давно заливался…

— Говори, не томи, – тянула, облизывая сухие губы. – На что тебе детки наши?

Я чуть не вздрогнул от отвращения, когда вторая ее рука скользнула у меня по груди, будто кошка трущаяся о сапоги хозяина.

— Убери руки, – стиснув зубы, произнес я и перехватил ее запястье. Глаза ее только веселей стали.

Отец Боди расхохотался грубым, глухим басом.

— Да ну тебя, Ольга! – промычал он, – Не в том он интересе здесь, дура. Слышала же, за детьми явился. Только это не по адресу. Мальчик наш кормилец. Хоть чего с него и поиметь, и пользы нынче больше, чем с дочки этой зачуханной!

Даже ведь не скрывают, сволочи.

Я нарочито медленно полез за пазуху, достал мешочек, звонко уронил на стол. Золотых в нем было немного, но на задаток сгодится.

Руки у Ольги дрожать начали, глаза заблестели совсем не по-человечески.

— Вот ведь, – склонилась ко мне, чуть не мурлыча. – Это что такое ты сказать хочешь этим подарочком?

— Что хотел, сказал уже. За детьми пришел. Знаю, сколько Кровер вам за Боди дает. Дам столько же, но разом всю сумму на следующие пять лет.

Валер поперхнулся, аж закашлялся, что глаза на лоб полезли.

Ольга вдруг тоже иначе на меня посмотрела.

— Это откуда у тебя такие деньжищи, дорогуша? – усмехнулась она.

— Не твоего ума дела.

— А с нас чего? – с прищуром поинтересовался Валер.

— Отказную напишете.

Они переглянулись, уже иначе, поделовитому так. Наживку заглотили. Теперь бы сторговаться.

Быстрые взгляды, голодный блеск в глазах. В доме словно выпустили джинна жадности.

Ольга мгновенно преобразилась: все заигрывания исчезли. Утекли водицей в песочек. Она вся словно лисицей сделалась со взглядом цепким. Будто всю жизнь только сделки и заключала.

— Так, так… – с прищуром проговорила, отлипая от меня и наклоняясь над столом. – Вот оно как… пяти лет сразу… Валер, ты слышишь?

Тот с изумлением уставился на меня и мешочек. Глаза выпучил, рот раскрыл. Я аж скривился от такой картины. А этот боров чуть слюнями на стол не закапал от таких перспектив.

— Слыхал… – пробурчал, сглатывая. – Эдак, Ольха, мы с тобой полгода безбедно жить сможем… Да разве ж это срок? Каську-то, конечно, кормить не придется, но да все ж не такой большой срок для таких денег-то. А Боди уж как подрастет еще чутка, год-другой, и вовсе больше зарабатывать станет. Такой базар нам не к месту вести…

Я понял, куда он клонит, и шагнул ближе к столу, чтобы не дать им разболтаться.

— Базар я умею вести, и предпочитаю делать это быстро, – рявкнул я, глядя исподлобья. – Не устраивает? Прямо сейчас ухожу, и ничего вы не видите. Завтра к вам вместо меня придут другие, только не с золотом, а с бумагами из ратуши. Да и Кровер ваш прощально помашет ручкой, когда я Боди с работы попру. Тогда сидите с голой задницей и думайте, где еду искать, пока малец ваш девяти лет отроду, другую работу себе за такую же плату сыщет. На фабрике, как у меня в таверне, не платят.

Ольга отрицательно замотала головой и руками замаха. Толкнула мужа локтем, а сама кошель со стола подхватила и за ворот сунула, к груди. Видать, чтоб сердце грело.