Книга В пирогах Счастье, страница 138 – Александра Каплунова

Вилен зажег свечу на прикроватном столике. Ее свет озарил скромную обстановку – кровать, застеленную свежим бельем, небольшой комод, зеркало на стене, которое Вилен недавно повесил специально для меня. Ничего особенного, но в этот момент эта комната казалась самым уютным местом на свете.

Я стояла в ее центре, не зная, что делать дальше. Ругала себя в мыслях, словно я в первый раз… Словно никогда не была с мужчиной…

Хотя в этом теле и не была. Да и сколько лет прошло с моего последнего опыта? Все равно, что впервые…

Но Вилен не позвлил мне долго пребывать в собственных мыслях, шагнул ближе.

— Позволь, – шепнул он, развязывая тесемки на моей спине. Фартук соскользнул вниз, и я машинально подхватила его, повесил на спинку стоящего рядом стула.

Вилен улыбнулся, наблюдая за моими движениями.

— Всегда такая аккуратная, – в его голосе звучала нежность. – Даже сейчас.

— Привычка, – я смущенно пожала плечами, не зная, куда деть руки.

Он взял мои ладони в свои, поднес к губам и поцеловал каждую.

— У тебя руки пекаря, – сказал он, проводя большим пальцем по мозолям. – Сильные, умелые. Я люблю смотреть, как ты работаешь с тестом. Как оно оживает в твоих руках.

Щеки залило румянцем. Никто и никогда не говорил мне таких слов. Не смотрел на меня так, словно я была самым драгоценным сокровищем в мире.

— А у тебя руки мага, – ответила я, переплетая наши пальцы. – Всегда теплые, всегда уверенные. Я чувствую в них ток силы, даже когда ты просто берешь меня за руку.

Мы стояли так, держась за руки и глядя друг другу в глаза, пока Вилен не притянул меня ближе и не поцеловал снова. И на сей раз уже без той пылкости, но это было куда как более будоражуще. Глубже. Теснее.

Его ладони скользили по моей спине, по плечам, очерчивая контуры тела через ткань. Я же обвила его шею руками, с удовольствием запускала пальцы в волосы на его затылке, пропускала между пальцев короткие жестковатые пряди.

— Можно? – спросил он, касаясь первой пуговицы на моем платье.

Я кивнула, не доверяя своему голосу. Одна за другой, пуговицы поддавались его пальцам, и платье постепенно раскрывалось, обнажая нижнюю рубашку. Я стояла, затаив дыхание, пока он не закончил. Платье соскользнуло с плеч, и я осталась в одной рубашке, чувствуя себя одновременно уязвимой и странно освобожденной.

— Ты так красива, – прошептал Вилен, и его взгляд был таким искренним, что сомнения растаяли вконец.

Я потянулась к застежкам его рубашки. Мои пальцы слегка дрожали от переизбытка чувств, но он терпеливо ждал, пока я справлюсь с каждой. Наконец, ткань разошлась, открывая его грудь – сильную, с редкими темными волосками и шрамом, пересекающим правую сторону.

— Откуда это? – я осторожно коснулась рубца.

— Старая история, – он поймал мою руку и поцеловал запястье. – Еще с войны.

Я провела пальцами по шраму, чувствуя под ними неровность кожи.

— Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.

— А мне нет, – покачал головой Вилен. – Каждый шрам, каждый поступок, каждая ошибка привела меня к тебе. К этому моменту. Я бы прошел через все заново, если бы в конце пути была ты.

Его слова тронули что-то глубоко внутри меня. Я обвила руками его шею снова и поцеловала, вкладывая в этот поцелуй все, что не могла выразить словами.

Мы медленно опустились на постель, не разрывая объятий. Свеча на столике отбрасывала мягкий свет, превращая наши тени в единый силуэт на стене, и мне показалось это дико символичным.