Книга В пирогах Счастье, страница 74 – Александра Каплунова

Гасти сунул нос в кастрюлю, но я его за ворот перехватила и оттащила.

— Ну-ка! Все в пыли! Умойтесь сперва, – кивнула на таз с водой и кувшин, что у стены стояли. – А то сейчас в суп натрясете.

Просить их дважды не пришлось. А закончив, Гасти снова вокруг закрутился.

Боди тем временем притих у стола, осторожно перебирая пальцами край скатерти. Может, слышал чего или чувствовал просто, что о нем тут говорили?

Я бросила взгляд на Вилена. Тот стоял, опершись ладонью о подоконник, к нам спиной. Разглядывал что-то за окном. Плечи напряжены.

Боди ногой качнул, задел табурет, Вилен тут к нему и повернулся. Лицо его при том заметно смягчилось. Тон, впрочем, остался тот же командорский:

— А ты чего сидишь? Помоги Гасти стол накрыть.

Мальчишка тут же поспешил указание выполнить, на что Вилен головой качнул.

На обед и остальных позвали, печников вот тоже. Роло и Мрот как обычно отказывались, но как и прошлые дни в конечном итоге сдались.

Сидя за столом с ними всеми, я вдруг поняла, что все так правильно… Дульсинея вон с Роло заигрывала, тот ей тем же отвечал, а Мрот зато краснел, когда та и его подначивать принималась. Гасти с мальчишками тоже от всего того похихикивали. Вилен, по хозяйски сидя во главе стола, наблюдал.

А мне так тепло сделалось. Благостно… Хлеб вот хрустящий, все с теплом друг с другом общаются. Вкусно пахнет едой, а впереди еще столько всего интересного…

— Ну, хозяйка, похлебка на славу удалась! – похвалили печники.

— Спасибо на добром слове, – отозвалась им.

После обеда Вилен со старшими мальчишками остались печникам помогать – привезли еще кирпичей, да и ремонтники воротились, что зал переделывали. А мы с Боди и Дульсей в сад пошли – вишни собирать. Ягоды уже тяжело свисали, где-то опадали. И я решила, что нечего добру пропадать. Настойку ставить Вилену не дала. Нечего. У меня другая идея созрела.

Пока вот по рынку ходила, нигде варений не видала… Значит, надо пользоваться.

Сегодня соберем, а завтречка наварим. Пока таверна в ремонте, запасов сделаем и вместе с выпечкой продавать станем.

До позднего вечера так и провозились. Боди, правда, мне кажется, больше ел той вишни, чем собирал, но я все делала вид, что не замечала.

Еще и мысли собственные покоя не давали.

Насколько правильно сделала, что к Вилену с такой просьбой обратилась? Может, у него какие свои планы имелись, а тут я со своей женитьбой.

Да и подумалось вдруг, что мне ведь дали тут вторую попытку именно по той причине, что я любви хотела. Разве нет? А я что..? Выходит, опять не о себе думаю, а о других?

Но бросив мельком взгляд на мальчонку, который сейчас на ветке вишни сидел и ягоды собирал, да аккуратно так, чтобы не помялись, понимала я, что нельзя иначе. Не место ему там. Никому из них не место, конечно… Но спасти всех я не могу. А этот мальчонка не такой бойкий, как тот же Гасти. Не такой хитрый и изворотливый, как Малик.

Не хочу я, чтоб из него вот эту природную чуткость выбили.

И коли могу о том позаботиться, то так и сделаю.

Вечером, когда мальчишки разбрелись по своим делам, а печники наконец ушли, я отправилась на второй этаж. Комната и правда уже опустела. Теперь бы сюда вещи свои перетащить, но то я решила уже на утро отложить. Работники все равно только после обеда за стену возьмутся…