Книга Ненужная жена ледяного генерала, страница 32 – Юлий Люцифер

Ортен посмотрел на меня с легкой грустью.— Госпожа Невант, я смотритель договоров, а не гадатель по мужским запоздалым чувствам. Но если хотите мое мнение: Сайрен сам еще не знает, зачем сказал именно так.Это было хуже любого ответа.Я отвернулась от окна.— Мне нужно в комнату прежних жен снова.— Нет.— Ортен.— Нет. После сегодняшнего совет будет ждать, что вы туда вернетесь. А если Веста действительно оставила там печать, она тоже будет ждать.— Тогда куда?Он хотел ответить, но не успел.По коридору бежал писарь.Молодой, рыжий, с перепачканными чернилами пальцами. В руках у него была большая кожаная папка, из которой торчали листы.— Госпожа Невант! Смотритель Вейш!— Что случилось? — спросил Ортен.Писарь остановился, хватая воздух.— Карта жилых дворов. После распоряжения генерала мы проверяли имена, таблички, переходы, все дворы после шквала.Он развернул перед нами большой лист.План Карн-Эйда.Семь башен, внутренние переходы, жилые крылья, дворы. Я уже начала узнавать некоторые места: второй двор, где мы спасли людей, нижний теплый зал, восточное крыло.— Здесь, — писарь ткнул пальцем в пустое место рядом с северной внутренней стеной. — В старой описи между прачечным ходом и крылом ожидания должен быть еще один жилой двор. По журналам там числились комнаты, очаг, малая галерея и женская лестница.Я посмотрела на карту.Место было пустым.Не зачеркнутым. Не разрушенным. Просто гладкое пятно пергамента, будто двор никогда не рисовали.Ортен побледнел.— Какой двор?Писарь сглотнул.— Возвратный.Теплый узел внутри меня резко сжался.Возвратный двор.Слово отозвалось не знанием даже, а болью.Перед глазами на миг вспыхнула прежняя Лиора: она стоит под аркой, держит ладонь над теплой водой в каменной чаше и шепчет слова клятвы. Не свадебной. Настоящей.Той, которую вырезали из договора.Я схватилась за край подоконника.— Лиора? — спросил Ортен.На карте пустое место начало покрываться инеем.Тонким, белым, расползающимся от центра.Писарь отпрянул.Иней сложился в одну строку.“Здесь жена генерала обещала вернуть тех, кого лед сочтет потерянными”.Потом строка треснула.Пергамент стал снова пустым.А где-то далеко в крепости, за стенами и лестницами, раздался звук падающей воды.Не источник.Не очаг.Что-то другое.Возвратный двор, которого больше не было на карте, только что позвал меня из места, которое крепость сама разучилась находить.

Глава 10. Настоящая клятва

Звук падающей воды длился всего несколько секунд.Капли били где-то далеко, за стенами, под полом или над потолком — невозможно было понять. Но я услышала их так ясно, будто вода падала прямо в ладонь.Раз.Два.Три.Потом тишина.Писарь стоял перед нами с картой в руках и дышал так, словно только что сам исчез с нее и вернулся не до конца. Иней на пергаменте растаял, не оставив следа. Пустое место между прачечным ходом и крылом ожидания снова стало просто пустым местом.Но теперь я знала: там что-то было.Возвратный двор.Место настоящей клятвы прежней Лиоры.— Покажи старые описи, — сказал Ортен.Писарь моргнул.— Что?— Все. Журналы помещений, списки очагов, реестры ремонта, отчеты по воде, ведомости дров, что угодно. Если двор был жилым, он оставил след не только на карте.— Да, смотритель.— И никому об этом ни слова, пока я не разрешу.Писарь побледнел еще сильнее.— Лорд Хайр требует докладывать ему все изменения по карте.— А я требую, чтобы вы сначала вспомнили, кто нашел пустое место. Вы или лорд Хайр?— Я, смотритель.— Вот и сохраните это достижение достаточно долго, чтобы его у вас не отняли.Писарь прижал папку к груди.— Понял.Он убежал почти бегом.Я все еще держалась за подоконник. Камень под пальцами был холодным, но где-то внутри ладони оставалось ощущение воды. Не ледяной — живой, чуть теплой.Ортен посмотрел на меня внимательно.— Что вы увидели?— Прежнюю Лиору. В арке. Чаша с водой. Она говорила клятву.— Слова?Я закрыла глаза.Образ уже таял, но не исчезал. Прежняя Лиора стояла в темном платье, не в свадебном, а дорожном, будто пришла туда тайно. Лицо бледное, но решительное. В руке — тонкий нож? Нет. Не нож. Серебряный писец для внесения имени. В чаше — вода, над водой пар.Она шептала:“Я верну тех, кого лед сочтет…”Дальше пустота.— “Потерянными”, — сказала я. — Так было на карте. Или почти так.Ортен стукнул тростью о пол.— Это не брачная формула.— Нет?— Нет. Это формула возврата. Очень старая. Ее произносили не жены при вступлении в брак, а держательницы возвращения, когда брали на себя право спорить с военной защитой.— Спорить?— Ледяная магия иногда решает, что часть людей уже не спасти. Отсекает переходы, закрывает дворы, жертвует малым ради большого. Возвращающая клятва давала держательнице право сказать: нет, еще не потеряны.Я вспомнила второй двор.Сайренов щит, опускающийся сверху. Людей внутри. Мой теплый проход в ледяной стене.— Поэтому у меня получилось.— Возможно.— Не потому что я нарушила приказ, а потому что имела право.— В старом договоре — да.Грудь сдавило.Право.Не каприз. Не всплеск. Не женская жалость.Право, которое у меня отняли, а потом назвали непредсказуемостью.— Где Сайрен? — спросила я.Ортен поднял бровь.— Вы хотите сами позвать генерала?— Нет. Я хочу, чтобы он видел это с самого начала. Чтобы потом никто не сказал ему удобную версию.— Разумно.— И неприятно?— Обычно это одно и то же.Ортен отправил стражника за Сайреном.Мы ждали в коридоре у окна. Я смотрела на пустой участок карты, которую писарь, к счастью, оставил нам. Пальцы сами тянулись к месту Возвратного двора. Чем дольше я смотрела, тем сильнее казалось: пустота на карте не гладкая. Она давит.