Книга Попаданка требует развода. И Дракона в мужья, страница 38 – Эмили Гунн, Aequo Animo

— Так-так-так, — изобразив задумчивость, постучал он вдруг пальцем по своему мужественно резкому подбородку. — Сбежала говоришь? Что ж, думаю я смогу договориться с Алатаром, взяв в заложницы его прелестную жену, — выдал он в конце размышлений, заставив меня задрожать. Но не от страха, а от бешеной злости.

— В заложницы? — вырвалось из меня тихое подобие рыка. — Скажи, что ты так несмешно пошутил, Дракон!

— Не-е-е, я вполне серьезен, — невозмутимо перекинул он меч из одной ладони в другую. — Однако я, конечно, понимаю, что Эльфийки привыкли к другому интересу со стороны мужчин. Но уж прости, ты совершенно не в моем вкусе, так что наложницей не возьму. Даже не проси, — расплылся он в улыбочке, отдающей иронией с отзвуками похабщины.

— Размечтался! — топнула моя ножка со всепоглощающим негодованием, опередив вербальные сигналы. — Да я не то, что любовницей, — не смогла я произнести вслух то самое унизительное звание девушки для утех в отношении себя. — Я б даже женой за такое неотесанное мурло, как ты, не пошла бы! Будь ты хоть последним человеком на Зем… в наземном пространстве Амареза! — быстро исправилась я.

— А я вовсе и не человек, — блеснули хищными всполохами его вертикальные зрачки, напомнив мне, что я и в самом деле имею словесную дуэль с представителем Двуликого мира.

«О, Небо! Что же я творю? — одернула себя, немного стушевавшись под его звериным взором, пристально следившим теперь за сменой моего настроя. — А что, если эти полу-рептилии, действительно, так вспыльчивы и неуправляемы, как считают Эльфы? Возьмет и дыхнет на меня пламенем, вон как плотоядно дернулся ко мне. И едва ли не облизывается. Будто на зуб собирается попробовать».

Торин, определенно, вознамерился продемонстрировать мне что-то пугающее, потому что шел на меня как набычившийся носорог. Эм-м… м-да, мне сложно подобрать одно конкретное животное, которое точно передавало бы то буйство природы, что приближалось ко мне львиной поступью хозяина положения. И да, сейчас в Торине, безусловно, было чересчур много дикого, первобытного и… порочного. Потому что даже таким устрашающе хладнокровным он выглядел сногсшибательно притягательным. До запретного, до безрассудно-разнузданного тяготения!

— А кто говорил про любовницу? — искривились его умопомрачительные губы в ухмылке. — Я тебе ни одной роли, начинающейся на Л.Ю.Б., — делая проникновенные паузы между буквами, произнес Дракон, — предлагать не рискнул бы, принцесса. Так что ни о чем подобном, а тем паче о супружестве со мной, чужая-сбежавшая-женушка, даже не мечтай, — отзеркалил он мою фразу.

И «сбежавшая» в его исполнении прозвучало как нечто до корежащего язвительно.

А Дракон уже успел, воспользовавшись моим замешательством, обхватить мой локоть и потащить к своему костру.

«Жарить будет», — на секунду екнуло в груди, но я молниеносно отринула это упадническое предположение.

«И вправду, зачем дракону костер, если он может просто дунуть на меня чистейшим пламенем? — покосилась я на исходящего яростью мужчину и… не поняла: — А чего это Торин так бесится? Будто не меня только что похитили в добровольно-принудительном порядке, а его!»

Нет, ну каков наглец, а!

Я к нему за помощью, значит, обратилась. По-хорошему говорить пыталась. А он меня фактически скрутил, объявил пленницей; да еще и обозвал… крайне несоблазнительной женщиной!