Книга Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки, страница 47 – Ксения Есенина

Дети потихоньку притирались друг к дружке, но непривыкшие находиться в сообществе, делиться, договариваться и устраивать совместные игры, они неизбежно ссорились.

— Сьюи, нельзя отбирать чужую вещь только потому, что она тебе понравилась, —наставляла я.

— Но я хочу поиграть в её куклу! — топнула ногой шестилетняя упрямица.

— Во-первых, нужно попросить вежливо: Линда, у тебя такая красивая кукла, можно я с ней немножко поиграю? А во-вторых, вы можете поиграть с куклой вдвоём.

— Тогда я буду мамой! — тут же смекнула Сьюи.

К счастью, четырёхлетняя Линда, которая ещё не привыкла к ролевым играм, оказалась не против.

— Иди сюда, Линда, ты будешь моей старшей дочкой, а твоя кукла — твоей младшей сестрой… — деловито распорядилась Сьюлин, уводя заинтересованную малышку за руку.

В другом кружке мальчишки не могли поделить между собой простенький деревянный конструктор, который по моей просьбе сколотил Кастор из оставшихся досок.

— Уйди! Ты только всё ломаешь!

— Сам уйди! Ты делаешь неправильно, вот оно и падает!

Присев рядом на корточки, я выяснила, что юные строители пытались возвести фортификационное сооружение, но из-за разногласий оно всё время рушилось.

— Если вы сейчас не помиритесь, армия врагов нападёт на вас и уничтожит, — сказала я, подыгрывая. — Роб, ты можешь строить вот эту часть, здесь только ты отвечаешь за постройку. А ты, Рик, делай эту сторону. Кирпичиков и башенок хватит обоим. Потом соедините всё общей стеной.

Не обошлось и без нарушения правил. В мою бытность воспитателем, детей в наказание сажали на стул, глядеть, как играют другие, и думать о своём поведении. Некоторые мои коллеги заставляли «читать книжки», но я так никогда не делала. На мой взгляд, это лишь заранее сформирует у ребёнка отвращение к учёбе вообще и к чтению в частности.

— Кристофер, садись на стул, вот сюда, рядом со мной, — строго произнесла я.

Насупившись, пятилетний мальчишка протопал по ковру и плюхнулся на стульчик, который я придвинула ближе к своему столу. Сердито скрестив руки, он исподлобья наблюдал за другими мальчиками, весело играющими друг с другом.

Спустя несколько минут досада Кристофера сдулась, и он промямли:

— Я больше не буду.

Обычно после этой простой фразы воспитатели отпускают детей. А те опять нарушают правила. Но ещё в прошлой жизни я кое-что обнаружила и сейчас решила проверить.

— Что ты не будешь? — спросила будничным тоном.

Мальчик удивлённо воззрился на меня. Ага, значит, и тут такая же история.

— Кристофер, ты знаешь, за что тебя наказали?

Мальчик растерянно покачал головой.

Именно это я однажды поняла: часто дети даже не в курсе, какое правило нарушили. Поэтому и продолжают совершать те же действия снова и снова, по кругу. А вовсе не назло и не из-за своей глупости, как полагают некоторые взрослые.

Нам кажется, что проступок очевиден. Но ребёнок — не взрослый. Ему всё нужно проговаривать чётко и внятно. «Да сколько можно!» — абсолютно абстрактная и неясная формулировка, наполненная эмоциями и напрочь лишённая информативности.

В следующий раз я применила другой способ:

— Если ты сделаешь так ещё раз, я тебя накажу.

Разумеется, детский разум быстро переключился и забыл. Но, когда ребёнок повторил проступок, я вначале напомнила:

— Я тебя предупреждала? — и только дождавшись угрюмого кивка, указала на стул.