Книга Разведенка для дракона, или Личный лекарь генерала, страница 94 – Лана Ларсон

— Говорите, — Кассиан сразу убрал улыбку, отступил от меня на шаг, а его взгляд стал внимательным и даже острым. Драконьим.

Я сделала глубокий вдох, теперь главное — постараться логично выстроить свои разрозненные подозрения на эту «невинную» деву.

— Мои слова могут показаться вам нелепыми или продиктованными... ревностью, — я усмехнулась этому слову с неприязнью. — Но я уверена, что с Дивоной что-то не так. Её магия… странная. Точнее не совсем так: она чистая, светлая, как я уже говорила, но… не совсем та, которая должна быть.

Да уж, объяснила так объяснила. Так, что сама себя не поняла.

Кассиан предложил мне присесть и сам вернулся в кресло, а я стала рассказывать всё достаточно подробно и не упуская ни одной детали моего общения с этой девушкой. Рассказала и то, как на неё реагировали солдаты и даже Мария, про свои наблюдения за её магией.

Жаль только про события из книги не могла рассказать. Вот они бы были более весомым аргументом в пользу странностей главной героини. Ведь там, в истории, Дивона могла лечить ранения Тьмой. Она же и вылечила генерала.

Или я опять что-то забыла и перепутала?

Кассиан слушал внимательно, не перебивая. Он снова облокотился о спинку кресла, скрестив руки на груди, всем своим видом демонстрируя, что внимает каждому моему слову.

— Когда она рассказывала о своей подготовке в столице, о том, как её отбирали для некой «великой миссии», в её глазах был фанатичный блеск. А затем, на секунду, он исчез. Она выглядела как пустая оболочка, как бездушная кукла. Словно… ею управляли.

Кассиан подался вперёд, и между его бровями снова залегла глубокая складка.

— Это могло быть волнение, Ильмира. Многие юные маги перегорают от избытка сил.

— Нет, — я покачала головой. — Я вижу волнение. Я сама лекарь и работаю с людьми, находящимися на грани срыва. Вы же сами знаете, что среди ваших солдат были такие. Это было не волнение. И её магия... Я не видела, чтобы она могла исцелить что-то серьёзнее пореза или простуды. Она возится с ранеными втрое дольше, чем нужно. Она утверждает, что её магия уникальна для драконов, но… чем? Я не могу понять. И мне не нравится эта абсолютная уверенность в том, что она — ваше спасение.

Боже мой, я буквально обвиняю главную героиню в заговоре перед главным героем! А что, если она реально невинна, а я просто слишком цинична? Но я не могу игнорировать этот холодный взгляд.

— Не вы ли говорили мне, что Дивона полностью может заменить вас здесь, в лагере? — с лёгкой долей иронии спросил Генерал, заставив меня покраснеть.

Ну да, говорила. Но ведь это была проверка!

— Ильмира, вы очень проницательны. Я доверяю вашему инстинкту, — неожиданно спокойно сказал Кассиан, мгновенно переключившись на насущный вопрос. — Вы не склонны к истерии, а ваши наблюдения всегда точны. Вы действительно заметили, что она не справляется с серьёзными ранениями?

— Да. И с ранениями Тьмой — никогда. Только я могу это делать, — ответила я, чувствуя себя почему-то удовлетворённой от этого признания. — Это не может быть просто неопытностью. Если её готовили для фронта, её должны были научить лечить такие ранения. Хотя бы как-то. Но этого навыка нет.

Кассиан встал. Он обошёл стол, его глаза были прикованы к своим картам, но я знала, что он думает о моих словах.