Книга Герцог, не порть мне Средневековье!, страница 12 – Светлана Огнева

— Отец Бенедикт, — я сделала скорбное лицо, — давайте обратимся к Писанию. Разве не сказано, что тело есть храм души? А если храм не чистить, не проветривать и не укреплять стены — он рухнет. Я просто ухаживаю за своим храмом. Вы вот своё кадило регулярно чистите? Угольки меняете? Вот то-то же.

Герцог внезапно поднял руку, призывая к тишине. Смешки мгновенно стихли.

— Довольно, — произнёс он. — Я услышал достаточно. Отец Бенедикт, ваши обвинения основаны на том, что леди Валери рисует буквы и делает наклоны. Это, простите, даже до ведовства не дотягивает — так, лёгкое чудачество.

— Но, ваша светлость!.. — вскинулся священник.

— Я сказал — довольно, — в голосе герцога прорезалась сталь. — Если у вас нет доказательств серьёзнее, чем «она странно говорит и машет руками», я вынужден отклонить прошение об экзорцизме. Леди Валери находится под моей защитой, и я не позволю устраивать в своём замке охоту на ведьм без веских оснований. У меня и так дел по горло — налоги, разбойники, теперь ещё и эта закваска. Всё, аудиенция окончена. Все свободны. Кроме леди Валери, — добавил он, не повышая голоса, но так, что у меня мурашки побежали по спине.

Отец Бенедикт с шумом втянул воздух, смерил меня испепеляющим взглядом и, круто развернувшись, зашагал прочь. Кадило в руках послушника дёрнулось, оставив за собой облако дыма, и паренёк поспешил следом.

Зал начал пустеть. Марта сжала мою руку и умчалась, бросив на меня ободряющий взгляд. Тим облегчённо выдохнул и скрылся в коридоре, ведущем на кухню. Кастелян Реджинальд задержался на секунду, разочарованно поджав губы, но и он ушёл.

Мы остались вдвоём.

Герцог поднялся с кресла и медленно приблизился ко мне. В полумраке зала его фигура казалась ещё более внушительной. Отблески камина плясали на резких чертах лица, превращая его в портрет кисти мрачного гения.

— Ты умеешь наживать врагов, Валери, — произнёс он задумчиво, остановившись в шаге от меня. — Бенедикт теперь до конца жизни будет видеть в тебе исчадие ада. А у него связи с епископом. Ты хоть понимаешь, в какую игру ввязалась?

— Понимаю, — я вздёрнула подбородок. — Но я не могла позволить ему облить меня грязью. Или святой водой. Лучше уж быть исчадием ада в его глазах, чем бессловесной овцой.

— Бессловесные овцы живут дольше, — заметил он с мрачной усмешкой.

— Неинтересно живут, — парировала я. — И потом, вы же не дали ему меня съесть. Спасибо, кстати, за это. Я ваш должник.

— Будешь, — неожиданно согласился он. — И отработаешь. Твои идеи насчёт гимнастики для рыцарей… ты всерьёз полагаешь, что это улучшит их боеспособность?

Я мысленно дала себе пять. Кажется, мой план начинал работать.

— Абсолютно серьёзно, ваша светлость. Рыцарь в доспехах — это порядка тридцати-сорока килограммов дополнительного веса. Без должной физической подготовки он быстро устаёт, теряет подвижность и становится лёгкой добычей. Если внедрить систему регулярных упражнений — не просто махание мечом, а целенаправленную работу над выносливостью, гибкостью и силой, — ваши люди будут биться эффективнее на двадцать-тридцать процентов.

— Откуда ты это знаешь? — прищурился он. — Твоя прежняя версия не могла отличить меч от прялки.

— Удар головой, — я пожала плечами, повторяя излюбленную отговорку. — Я же говорила: иногда это идёт на пользу. Считайте это божественным откровением, но без участия церкви.